План победы

«План победы» 2026Все планы
Пс 6, Мф 6, 4 Цар 3, 4

Псалом 6

1 На­чаль­ни­ку хора. На вось­ми­струн­ном. Пса­лом Да­ви­да.
1 На­чаль­ни­ку хора: под му­зы­ку струн­ных; на­пев «Ха-ше­ми­нит…». Пса­лом Да­ви­да.
2 Гос­по­ди! не в яро­сти Тво­ей об­ли­чай меня и не во гне­ве Тво­ем на­ка­зы­вай меня.
2 О Гос­подь, не ка­рай меня в яро­сти Сво­ей! В гне­ве Сво­ем не на­ка­зы­вай меня!
3 По­ми­луй меня, Гос­по­ди, ибо я немо­щен; ис­це­ли меня, Гос­по­ди, ибо ко­сти мои по­тря­се­ны;
3 Сжаль­ся, Гос­подь, — боль­ше нет сил! Ис­це­ли меня — ко­сти мои дро­жат
4 и душа моя силь­но по­тря­се­на; Ты же, Гос­по­ди, до­ко­ле?
4 и душа со­дро­га­ет­ся! О Гос­подь! Дол­го ль еще?
5 Об­ра­тись, Гос­по­ди, из­бавь душу мою, спа­си меня ради ми­ло­сти Тво­ей,
5 По­жа­лей! Со­хра­ни мне жизнь! Ми­ло­серд­ный, спа­си меня!
6 ибо в смер­ти нет па­мя­то­ва­ния о Тебе: во гро­бе кто бу­дет сла­вить Тебя?
6 Ведь там — в смер­ти — Тебя не по­мя­нет ни­кто, в мире мерт­вых — кто про­сла­вит Тебя?!
7 Утом­лен я воз­ды­ха­ни­я­ми мо­и­ми: каж­дую ночь омы­ваю ложе мое, сле­за­ми мо­и­ми омо­чаю по­стель мою.
7 Я от сто­нов уже из­не­мог, что ни ночь — из­го­ло­вье в сле­зах, оро­шаю сле­за­ми по­стель.
8 Ис­сох­ло от пе­ча­ли око мое, об­вет­ша­ло от всех вра­гов моих.
8 Мои очи по­мерк­ли от горя, ослеп­ли из-за вра­гов.
9 Уда­ли­тесь от меня все, де­ла­ю­щие без­за­ко­ние, ибо услы­шал Гос­подь го­лос пла­ча мо­е­го,
9 Ухо­ди­те, зло­деи, прочь, — ибо слы­шит Гос­подь мой плач!
10 услы­шал Гос­подь мо­ле­ние мое; Гос­подь при­мет мо­лит­ву мою.
10 Гос­подь слы­шит мо­лит­ву мою, Гос­подь при­мет мою моль­бу!
11 Да бу­дут по­сты­же­ны и же­сто­ко по­ра­же­ны все вра­ги мои; да воз­вра­тят­ся и по­сты­дят­ся мгно­вен­но.
11 Со­дрог­нут­ся вра­ги мои, опо­зо­рят­ся! Прочь по­бе­гут с по­зо­ром!

Матфея 6

1 Смот­ри­те, не тво­ри­те ми­ло­сты­ни ва­шей пред людь­ми с тем, что­бы они ви­де­ли вас: ина­че не бу­дет вам на­гра­ды от Отца ва­ше­го Небес­но­го.
1 Смот­ри­те, не вы­став­ляй­те на­по­каз свою на­бож­ность, что­бы при­влечь вни­ма­ние лю­дей. Ина­че вы не по­лу­чи­те на­гра­ды от сво­е­го Небес­но­го Отца.
2 Итак, ко­гда тво­ришь ми­ло­сты­ню, не тру­би пе­ред со­бою, как де­ла­ют ли­це­ме­ры в си­на­го­гах и на ули­цах, что­бы про­слав­ля­ли их люди. Ис­тин­но го­во­рю вам: они уже по­лу­ча­ют на­гра­ду свою.
2 Так вот, ко­гда по­да­ешь ми­ло­сты­ню, не тру­би об этом во все тру­бы. Так де­ла­ют в си­на­го­гах и на ули­цах свя­то­ши, для того что­бы люди осы­па­ли их по­хва­ла­ми. Вер­но вам го­во­рю, они спол­на по­лу­ча­ют свою на­гра­ду.
3 У тебя же, ко­гда тво­ришь ми­ло­сты­ню, пусть ле­вая рука твоя не зна­ет, что де­ла­ет пра­вая,
3 А ко­гда ты по­да­ешь ми­ло­сты­ню, пусть ни­кто об этом не зна­ет,
4 что­бы ми­ло­сты­ня твоя была втайне; и Отец твой, ви­дя­щий тай­ное, воз­даст тебе явно.
4 что­бы по­мощь твоя со­вер­ша­лась втайне. И то­гда твой Отец, ви­дя­щий все, что со­вер­ша­ет­ся тай­но, воз­на­гра­дит тебя.
5 И, ко­гда мо­лишь­ся, не будь, как ли­це­ме­ры, ко­то­рые лю­бят в си­на­го­гах и на уг­лах улиц, оста­нав­ли­ва­ясь, мо­лить­ся, что­бы по­ка­зать­ся пе­ред людь­ми. Ис­тин­но го­во­рю вам, что они уже по­лу­ча­ют на­гра­ду свою.
5 Ко­гда мо­лишь­ся, не веди себя как свя­то­ши. Они лю­бят мо­лить­ся в си­на­го­гах или стоя на пе­ре­крест­ке, что­бы все их ви­де­ли. Вер­но вам го­во­рю, они спол­на по­лу­ча­ют свою на­гра­ду.
6 Ты же, ко­гда мо­лишь­ся, вой­ди в ком­на­ту твою и, за­тво­рив дверь твою, по­мо­лись Отцу тво­е­му, Ко­то­рый втайне; и Отец твой, ви­дя­щий тай­ное, воз­даст тебе явно.
6 А ты, ко­гда мо­лишь­ся, уйди в свою ком­на­ту, за­крой за со­бой дверь и по­мо­лись сво­е­му Отцу, ко­то­рый здесь с то­бой незри­мо. И то­гда твой Отец, ви­дя­щий все, что со­вер­ша­ет­ся тай­но, воз­на­гра­дит тебя.
7 А мо­лясь, не го­во­ри­те лиш­не­го, как языч­ни­ки, ибо они ду­ма­ют, что в мно­го­сло­вии сво­ем бу­дут услы­ша­ны;
7 Ко­гда мо­ли­тесь, не буб­ни­те, как языч­ни­ки. Они ду­ма­ют, чем боль­ше слов в мо­лит­ве, тем вер­нее их услы­шит Бог.
8 не упо­доб­ляй­тесь им, ибо зна­ет Отец ваш, в чем вы име­е­те нуж­ду, преж­де ва­ше­го про­ше­ния у Него.
8 Не упо­доб­ляй­тесь им! Ведь ваш Отец зна­ет, что вам нуж­но, преж­де чем вы Его по­про­си­те.
9 Мо­ли­тесь же так: «От­че наш, су­щий на небе­сах! да свя­тит­ся имя Твое;
9 А вы мо­ли­тесь так: Отец наш на Небе­сах! Да про­сла­вит­ся имя Твое,
10 да при­и­дет Цар­ствие Твое; да бу­дет воля Твоя и на зем­ле, как на небе;
10 да при­дет Цар­ство Твое, да ис­пол­нит­ся воля Твоя на зем­ле, как на Небе.
11 хлеб наш на­сущ­ный дай нам на сей день;
11 Хлеб наш на­сущ­ный дай нам се­го­дня.
12 и про­сти нам дол­ги наши, как и мы про­ща­ем долж­ни­кам на­шим;
12 И про­сти нам дол­ги наши, как и мы про­ща­ем долж­ни­кам на­шим.
13 и не вве­ди нас в ис­ку­ше­ние, но из­бавь нас от лу­ка­во­го. Ибо Твое есть Цар­ство и сила и сла­ва во веки. Аминь».
13 Не под­вер­гай нас ис­пы­та­нию, но за­щи­ти нас от Зло­дея.
14 Ибо если вы бу­де­те про­щать лю­дям со­гре­ше­ния их, то про­стит и вам Отец ваш Небес­ный,
14 Если бу­де­те про­щать лю­дям их про­ступ­ки, то­гда и вам про­стит ваш Небес­ный Отец.
15 а если не бу­де­те про­щать лю­дям со­гре­ше­ния их, то и Отец ваш не про­стит вам со­гре­ше­ний ва­ших.
15 А если не бу­де­те про­щать лю­дям, и Отец ваш не про­стит вам ваши про­ступ­ки.
16 Так­же, ко­гда по­сти­тесь, не будь­те уны­лы, как ли­це­ме­ры, ибо они при­ни­ма­ют на себя мрач­ные лица, что­бы по­ка­зать­ся лю­дям по­стя­щи­ми­ся. Ис­тин­но го­во­рю вам, что они уже по­лу­ча­ют на­гра­ду свою.
16 Ко­гда по­сти­тесь, не будь­те угрю­мы, как свя­то­ши. Они хо­дят с уны­лы­ми ли­ца­ми, что­бы все ви­де­ли: они по­стят­ся. Вер­но вам го­во­рю, они спол­на по­лу­ча­ют свою на­гра­ду.
17 А ты, ко­гда по­стишь­ся, по­мажь го­ло­ву твою и умой лицо твое,
17 А ты, ко­гда по­стишь­ся, при­че­ши во­ло­сы и умой лицо,
18 что­бы явить­ся по­стя­щим­ся не пред людь­ми, но пред От­цом тво­им, Ко­то­рый втайне; и Отец твой, ви­дя­щий тай­ное, воз­даст тебе явно.
18 что­бы не зна­ли люди, что ты по­стишь­ся, а знал толь­ко Отец твой, ко­то­рый ви­дит все, что со­вер­ша­ет­ся тай­но. То­гда Отец твой, ко­то­рый ви­дит все, что со­вер­ша­ет­ся тай­но, воз­на­гра­дит тебя.
19 Не со­би­рай­те себе со­кро­вищ на зем­ле, где моль и ржа ис­треб­ля­ют и где воры под­ка­пы­ва­ют и кра­дут,
19 Не ко­пи­те себе бо­гатств на зем­ле, где моль и ржав­чи­на пор­тят их и где воры, за­брав­шись в дом, кра­дут.
20 но со­би­рай­те себе со­кро­ви­ща на небе, где ни моль, ни ржа не ис­треб­ля­ют и где воры не под­ка­пы­ва­ют и не кра­дут,
20 Но ко­пи­те себе бо­гат­ства на небе, где ни моль, ни ржав­чи­на их не ис­пор­тят и куда воры не за­бе­рут­ся и не укра­дут.
21 ибо где со­кро­ви­ще ваше, там бу­дет и серд­це ваше.
21 Ведь там, где бо­гат­ство твое, бу­дет и серд­це твое.
22 Све­тиль­ник для тела есть око. Итак, если око твое бу­дет чи­сто, то все тело твое бу­дет свет­ло;
22 Гла­за — это све­тиль­ник для че­ло­ве­ка. И если гла­за здо­ро­вы, весь че­ло­век по­лон све­та,
23 если же око твое бу­дет худо, то все тело твое бу­дет тем­но. Итак, если свет, ко­то­рый в тебе, - тьма, то ка­ко­ва же тьма?
23 а если гла­за боль­ны, че­ло­век весь оку­тан тьмой. Но если свет, ко­то­рый в тебе, — тьма, то ка­ко­ва то­гда тьма?!
24 Ни­кто не мо­жет слу­жить двум гос­по­дам: ибо или од­но­го бу­дет нена­ви­деть, а дру­го­го лю­бить; или од­но­му ста­нет усерд­ство­вать, а о дру­гом нера­деть. Не мо­же­те слу­жить Богу и мам­моне.
24 Ни­кто не мо­жет слу­жить двум гос­по­дам: од­но­го он не бу­дет лю­бить, а дру­го­го бу­дет; од­но­му бу­дет пре­дан, а дру­гим бу­дет пре­не­бре­гать. Вы не мо­же­те слу­жить и Богу, и день­гам.
25 По­се­му го­во­рю вам: не за­боть­тесь для души ва­шей, что вам есть и что пить, ни для тела ва­ше­го, во что одеть­ся. Душа не боль­ше ли пищи, и тело одеж­ды?
25 Вот по­че­му Я го­во­рю вам: не бес­по­кой­тесь о том, что для жиз­ни нуж­ны вам еда и пи­тье, а для тела — одеж­да. Ведь жизнь важ­нее еды, а тело важ­нее одеж­ды.
26 Взгля­ни­те на птиц небес­ных: они ни сеют, ни жнут, ни со­би­ра­ют в жит­ни­цы; и Отец ваш Небес­ный пи­та­ет их. Вы не го­раз­до ли луч­ше их?
26 Взгля­ни­те на птиц: не сеют они и не жнут, не ссы­па­ют зер­но в за­кро­ма, но их кор­мит ваш Небес­ный Отец. А раз­ве вы не на­мно­го до­ро­же, чем пти­цы?
27 Да и кто из вас, за­бо­тясь, мо­жет при­ба­вить себе ро­сту хотя на один ло­коть?
27 Кто из вас, как бы он ни ста­рал­ся, мо­жет про­длить свою жизнь хоть на час?
28 И об одеж­де что за­бо­ти­тесь? По­смот­ри­те на по­ле­вые ли­лии, как они рас­тут: ни тру­дят­ся, ни пря­дут;
28 И об одеж­де что за­бо­ти­тесь? По­смот­ри­те, как рас­тут по­ле­вые ли­лии: не тру­дят­ся, не пря­дут.
29 но го­во­рю вам, что и Со­ло­мон во всей сла­ве сво­ей не оде­вал­ся так, как вся­кая из них;
29 Но, го­во­рю вам, сам Со­ло­мон, при всем сво­ем блес­ке, не оде­вал­ся, как лю­бая из них.
30 если же тра­ву по­ле­вую, ко­то­рая се­го­дня есть, а зав­тра бу­дет бро­ше­на в печь, Бог так оде­ва­ет, коль­ми паче вас, ма­ло­ве­ры!
30 И если по­ле­вую тра­ву, ко­то­рая се­го­дня есть, а зав­тра бу­дет бро­ше­на в печь, Бог так оде­ва­ет, уж вас-то тем бо­лее, ма­ло­ве­ры!
31 Итак не за­боть­тесь и не го­во­ри­те: «что нам есть?» или «что пить?» или «во что одеть­ся?»
31 Итак, не твер­ди­те оза­бо­чен­но: «Что нам есть?», «Что нам пить?», «Во что одеть­ся?» —
32 по­то­му что все­го это­го ищут языч­ни­ки, и по­то­му что Отец ваш Небес­ный зна­ет, что вы име­е­те нуж­ду во всем этом.
32 это глав­ная за­бо­та языч­ни­ков. А ваш Небес­ный Отец зна­ет, что вам все это нуж­но.
33 Ищи­те же преж­де Цар­ства Бо­жия и прав­ды Его, и это все при­ло­жит­ся вам.
33 Стре­ми­тесь преж­де все­го к Цар­ству Бога и к ис­пол­не­нию того, что Он ве­лит, а все осталь­ное Он даст вам в при­да­чу.
34 Итак не за­боть­тесь о зав­траш­нем дне, ибо зав­траш­ний сам бу­дет за­бо­тить­ся о сво­ем: до­воль­но для каж­до­го дня сво­ей за­бо­ты.
34 Так не за­боть­тесь о зав­траш­нем дне! Зав­тра само о себе по­за­бо­тит­ся. Каж­до­му дню сво­их до­воль­но тре­вог.

4 Царств 3

1 Иорам, сын Аха­ва, во­ца­рил­ся над Из­ра­и­лем в Са­ма­рии в во­сем­на­дца­тый год Иоса­фа­та, царя Иудей­ско­го, и цар­ство­вал две­на­дцать лет,
1 Иорам, сын Аха­ва, стал ца­рем Из­ра­и­ля в во­сем­на­дца­тый год цар­ство­ва­ния Иоса­фа­та, царя Иудеи. Цар­ство­вал он две­на­дцать лет.
2 и де­лал неугод­ное в очах Гос­под­них, хотя не так, как отец его и мать его: он снял ста­тую Ва­а­ла, ко­то­рую сде­лал отец его;
2 И тво­рил он дела, нена­вист­ные Гос­по­ду, хотя и мень­ше, чем отец его и мать; он даже убрал свя­щен­ный ка­мень Ва­а́­ла, по­став­лен­ный его от­цом.
3 од­на­ко же гре­хов Иеро­воама, сына На­ва­то­ва, ко­то­рый ввел в грех Из­ра­и­ля, он дер­жал­ся, не от­ста­вал от них.
3 Но он по-преж­не­му был при­вер­жен тем гре­хам, в ко­то­рые вверг из­ра­иль­тян Иеро­во­а́м, сын Нева́та. Не от­вра­тил­ся Иорам от этих гре­хов.
4 Меса, царь Мо­авит­ский, был бо­гат ско­том и при­сы­лал царю Из­ра­иль­ско­му по сто ты­сяч овец и по сто ты­сяч неост­ри­жен­ных ба­ра­нов.
4 Ме­ша́, царь Мо­а́­ва, дер­жал ове­чьи ста­да. Он по­сы­лал царю Из­ра­и­ля дань: сто ты­сяч яг­нят и шерсть ста ты­сяч ба­ра­нов.
5 Но ко­гда умер Ахав, царь Мо­авит­ский от­ло­жил­ся от царя Из­ра­иль­ско­го.
5 Но по­сле смер­ти Аха­ва царь Мо­ава вос­стал про­тив царя Из­ра­и­ля.
6 И вы­сту­пил царь Иорам в то вре­мя из Са­ма­рии и сде­лал смотр всем Из­ра­иль­тя­нам;
6 Вы­сту­пил царь Иорам из Са­ма­рии во гла­ве все­го из­ра­иль­ско­го вой­ска
7 и по­шел и по­слал к Иоса­фа­ту, царю Иудей­ско­му, ска­зать: царь Мо­авит­ский от­ло­жил­ся от меня, пой­дешь ли со мной на вой­ну про­тив Мо­ава? Он ска­зал: пой­ду; как ты, так и я, как твой на­род, так и мой на­род; как твои кони, так и мои кони.
7 и ве­лел пе­ре­дать Иоса­фа­ту, царю Иудеи: «Царь Мо­ава вос­стал про­тив меня. Пой­дешь ли со мной про­тив Мо­ава?» — «Пой­ду, — от­ве­тил тот. — Куда ты — туда и я, куда твое вой­ско — туда и мое, куда твои кони — туда и мои».
8 И ска­зал: ка­кою до­ро­гою идти нам? Он ска­зал: до­ро­гою пу­сты­ни Едом­ской.
8 И он спро­сил: «Ка­кой до­ро­гой мы пой­дем?» — «Че­рез Эдо́м­скую пу­сты­ню», — от­ве­тил тот.
9 И по­шел царь Из­ра­иль­ский, и царь Иудей­ский, и царь Едом­ский, и шли они об­хо­дом семь дней, и не было воды для вой­ска и для ско­та, ко­то­рый шел за ними.
9 Царь Из­ра­и­ля, царь Иудеи и царь Эдо́­ма вы­сту­пи­ли в по­ход. Семь дней шли они круж­ным пу­тем; и не оста­лось у них воды для вой­ска и для жи­вот­ных в обо­зе.
10 И ска­зал царь Из­ра­иль­ский: ах! со­звал Гос­подь трех ца­рей сих, что­бы пре­дать их в руку Мо­ава.
10 «Бе­да! — ска­зал царь Из­ра­и­ля. — Гос­подь при­звал сюда тро­их ца­рей, что­бы пре­дать в руки мо­ави­тян!»
11 И ска­зал Иоса­фат: нет ли здесь про­ро­ка Гос­под­ня, что­бы нам во­про­сить Гос­по­да чрез него? И от­ве­чал один из слуг царя Из­ра­иль­ско­го и ска­зал: здесь Ели­сей, сын Са­фа­тов, ко­то­рый по­да­вал воду на руки Илии.
11 Иоса­фат спро­сил: «Нет ли здесь кого-ни­будь из про­ро­ков Гос­под­них? Мы бы че­рез него во­про­си­ли Гос­по­да». Один че­ло­век из сви­ты царя из­ра­иль­ско­го от­ве­тил: «З­десь Ели­сей, сын Ша­фа́та, — тот са­мый, что воз­ли­вал воду на руки Или­е».
12 И ска­зал Иоса­фат: есть у него сло­во Гос­подне. И по­шли к нему царь Из­ра­иль­ский, и Иоса­фат, и царь Едом­ский.
12 Иоса­фат ска­зал: «Че­рез него воз­ве­стит Гос­подь свое сло­во!» Царь Из­ра­и­ля, вме­сте с Иоса­фа­том и ца­рем Эдо­ма по­шли к Ели­сею.
13 И ска­зал Ели­сей царю Из­ра­иль­ско­му: что мне и тебе? пой­ди к про­ро­кам отца тво­е­го и к про­ро­кам ма­те­ри тво­ей. И ска­зал ему царь Из­ра­иль­ский: нет, по­то­му что Гос­подь со­звал сюда трех ца­рей сих, что­бы пре­дать их в руку Мо­ава.
13 «Что тебе надо от меня? — ска­зал Ели­сей царю Из­ра­и­ля. — Сту­пай к про­ро­кам сво­е­го отца и к про­ро­кам сво­ей ма­те­ри!» — «Не го­во­ри так, — от­ве­тил царь Из­ра­и­ля. — Гос­подь за­вел нас, тро­их ца­рей, в это ме­сто, что­бы пре­дать в руки мо­ави­тян!»
14 И ска­зал Ели­сей: жив Гос­подь Са­ва­оф, пред Ко­то­рым я стою! Если бы я не по­чи­тал Иоса­фа­та, царя Иудей­ско­го, то не взгля­нул бы на тебя и не ви­дел бы тебя;
14 Ели­сей ска­зал: «К­ля­нусь Гос­по­дом Во­инств, ко­то­ро­му я слу­жу: если бы не ува­жал я Иоса­фа­та, царя Иудеи, то я и гля­деть бы на тебя не стал, и ви­деть бы тебя не ви­дел.
15 те­перь по­зо­ви­те мне гу­с­ли­ста. И ко­гда гу­с­лист иг­рал на гус­лях, то­гда рука Гос­под­ня кос­ну­лась Ели­сея,
15 …По­зо­ви­те ко мне му­зы­кан­та». Ко­гда му­зы­кант иг­рал, рука Гос­под­ня ка­са­лась Ели­сея.
16 и он ска­зал: так го­во­рит Гос­подь: де­лай­те на сей до­лине рвы за рва­ми,
16 И воз­ве­стил Ели­сей: «Так го­во­рит Гос­подь: ко­пай­те ямы в до­лине, ямы для воды!
17 ибо так го­во­рит Гос­подь: не уви­ди­те вет­ра и не уви­ди­те до­ждя, а до­ли­на сия на­пол­нит­ся во­дою, ко­то­рую бу­де­те пить вы и мел­кий и круп­ный скот ваш;
17 Так го­во­рит Гос­подь: вет­ра вы не за­ме­ти­те и лив­ня не уви­ди­те, а до­ли­на на­пол­нит­ся во­дою! На­пье­тесь и вы, и ваш скот, и ваши вьюч­ные жи­вот­ные.
18 но это­го мало пред оча­ми Гос­по­да; Он и Мо­ава пре­даст в руки ваши,
18 Но это еще не все, что сде­ла­ет для вас Гос­подь: Он пре­даст мо­ави­тян в ваши руки!
19 и вы по­ра­зи­те все го­ро­да укреп­лен­ные и все го­ро­да глав­ные, и все луч­шие де­ре­вья сру­би­те, и все ис­точ­ни­ки вод­ные за­пру­ди­те, и все луч­шие участ­ки по­ле­вые ис­пор­ти­те ка­ме­нья­ми.
19 Вы раз­ру­ши­те все их кре­по­сти и все их цве­ту­щие го­ро­да, все их пло­до­вые де­ре­вья вы сру­би­те, все ис­точ­ни­ки за­сып­ле­те, все пло­до­род­ные поля их вы за­бро­са­е­те кам­ня­ми, что­бы они ста­ли бес­плод­ны­ми!»
20 По­ут­ру, ко­гда воз­но­сят хлеб­ное при­но­ше­ние, вдруг по­ли­лась вода по пути от Едо­ма, и на­пол­ни­лась зем­ля во­дою.
20 На­сту­пи­ло утро, час, ко­гда при­но­сят жерт­ву, — и ста­ло вид­но, что со сто­ро­ны Эдо­ма те­чет вода, за­топ­ляя всю окру­гу.
21 Ко­гда Мо­ави­тяне услы­ша­ли, что идут цари во­е­вать с ними, то­гда со­бра­ны были все, на­чи­ная от но­ся­ще­го пояс и стар­ше, и ста­ли на гра­ни­це.
21 А мо­ави­тяне, узнав, что цари идут на них вой­ною, со­зва­ли всех, кто мог но­сить ору­жие. Вы­сту­пи­ло их вой­ско и оста­но­ви­лось у гра­ни­цы.
22 По­ут­ру вста­ли они рано, и ко­гда солн­це вос­си­я­ло над во­дою, Мо­ави­тя­нам из­да­ли по­ка­за­лась эта вода крас­ною, как кровь.
22 Рано утром, ко­гда пер­вые лучи солн­ца упа­ли на воду, мо­ави­тя­нам из­да­ли она по­ка­за­лась крас­ной, как кровь.
23 И ска­за­ли они: это кровь; сра­зи­лись цари меж­ду со­бою и ис­тре­би­ли друг дру­га; те­перь на до­бы­чу, Моав!
23 «Это кровь! — ре­ши­ли они. — Вид­но, цари ста­ли бить­ся друг с дру­гом и друг дру­га пе­ре­би­ли. На до­бы­чу, Моав!»
24 И при­шли они к ста­ну Из­ра­иль­ско­му. И вста­ли Из­ра­иль­тяне и ста­ли бить Мо­ави­тян, и те по­бе­жа­ли от них, а они про­дол­жа­ли идти на них и бить Мо­ави­тян.
24 И они устре­ми­лись к из­ра­иль­ско­му ста­ну. То­гда из­ра­иль­тяне бро­си­лись в бой и раз­би­ли их. Мо­ави­тяне об­ра­ти­лись в бег­ство. Из­ра­иль­тяне пре­сле­до­ва­ли их по пя­там и уби­ва­ли.
25 И го­ро­да раз­ру­ши­ли, и на вся­кий луч­ший уча­сток в поле бро­си­ли каж­дый по кам­ню и за­ки­да­ли его; и все про­то­ки вод за­пру­ди­ли и все де­ре­ва луч­шие сру­би­ли, так что оста­ва­лись толь­ко ка­ме­нья в Кир-Ха­ре­ше­те. И об­сту­пи­ли его пращ­ни­ки и раз­ру­ши­ли его.
25 Го­ро­да мо­ави­тян они стер­ли с лица зем­ли и все пло­до­род­ные поля за­бро­са­ли кам­ня­ми — каж­дый воин ки­нул по кам­ню. Все ис­точ­ни­ки за­сы­па­ли, все пло­до­вые де­ре­вья сру­би­ли. Ни­где, кро­ме Кир-Ха­ре́­се­та, не оста­лось кам­ня на камне. Пращ­ни­ки окру­жи­ли го­род и ста­ли его об­стре­ли­вать.
26 И уви­дел царь Мо­авит­ский, что бит­ва одо­ле­ва­ет его, и взял с со­бою семь­сот че­ло­век, вла­де­ю­щих ме­чом, что­бы про­бить­ся к царю Едом­ско­му; но не мог­ли.
26 Ко­гда царь Мо­ава уви­дел, что враг одо­ле­ва­ет его, то, со­брав во­круг себя семь­сот во­и­нов, вла­де­ю­щих ме­чом, он по­пы­тал­ся про­рвать­ся к царю Эдо­ма, — но не смог.
27 И взял он сына сво­е­го пер­вен­ца, ко­то­ро­му сле­до­ва­ло цар­ство­вать вме­сто него, и воз­нес его во все­со­жже­ние на стене. Это про­из­ве­ло боль­шое него­до­ва­ние в Из­ра­иль­тя­нах, и они от­сту­пи­ли от него и воз­вра­ти­лись в свою зем­лю.
27 То­гда взял он сво­е­го пер­вен­ца, на­след­ни­ка пре­сто­ла, и при­нес его в жерт­ву все­со­жже­ния на го­род­ской стене. Гнев небес­ный об­ру­шил­ся на из­ра­иль­тян — они от­сту­пи­ли и вер­ну­лись в свою стра­ну.

4 Царств 4

1 Одна из жен сы­нов про­ро­че­ских с воп­лем го­во­ри­ла Ели­сею: раб твой, мой муж, умер; а ты зна­ешь, что раб твой бо­ял­ся Гос­по­да; те­перь при­шел за­и­мо­да­вец взять обо­их де­тей моих в рабы себе.
1 Вдо­ва од­но­го че­ло­ве­ка из про­ро­че­ской бра­тии при­шла к Ели­сею, кри­ча и пла­ча: «Мой муж, раб твой, умер. Ты ведь зна­ешь, что он, раб твой, чтил Гос­по­да! А те­перь тот, кому мы за­дол­жа­ли, хо­чет за­брать в раб­ство обо­их моих сы­но­вей!» —
2 И ска­зал ей Ели­сей: что мне сде­лать тебе? ска­жи мне, что есть у тебя в доме? Она ска­за­ла: нет у рабы тво­ей ни­че­го в доме, кро­ме со­су­да с еле­ем.
2 «Чем я могу по­мочь тебе? — ска­зал Ели­сей. — Ска­жи, что у тебя в доме оста­лось?» — «У меня, рабы тво­ей, в доме пу­сто, — от­ве­ча­ла она. — Есть толь­ко ма­лень­кий кув­шин­чик олив­ко­во­го мас­ла». —
3 И ска­зал он: пой­ди, по­про­си себе со­су­дов на сто­роне, у всех со­се­дей тво­их, со­су­дов по­рож­них; на­бе­ри нема­ло,
3 «Прой­ди по ули­це, — ска­зал он, — и по­про­си у со­се­док кув­ши­ны. Пу­стых кув­ши­нов, да по­боль­ше!
4 и пой­ди, за­при дверь за со­бою и за сы­но­вья­ми тво­и­ми, и на­ли­вай во все эти со­су­ды; пол­ные от­став­ляй.
4 По­том за­прись с сы­но­вья­ми в доме и раз­ли­вай мас­ло по всем кув­ши­нам. Как на­пол­нит­ся кув­шин — от­став­ляй его в сто­ро­ну».
5 И по­шла от него и за­пер­ла дверь за со­бой и за сы­но­вья­ми сво­и­ми. Они по­да­ва­ли ей, а она на­ли­ва­ла.
5 Вер­ну­лась она к себе и за­пер­лась с сы­но­вья­ми. Они ста­ли под­но­сить кув­ши­ны, а она — раз­ли­вать.
6 Ко­гда на­пол­не­ны были со­су­ды, она ска­за­ла сыну сво­е­му: по­дай мне еще со­суд. Он ска­зал ей: нет бо­лее со­су­дов. И оста­но­ви­лось мас­ло.
6 Так все кув­ши­ны и на­пол­ни­лись. «Не­си сле­ду­ю­щий!» — го­во­рит она сыну. Тот от­ве­ча­ет: «Нет боль­ше кув­ши­но­в». И мас­ло кон­чи­лось.
7 И при­шла она, и пе­ре­ска­за­ла че­ло­ве­ку Бо­жию. Он ска­зал: пой­ди, про­дай мас­ло и за­пла­ти дол­ги твои; а что оста­нет­ся, тем бу­дешь жить с сы­но­вья­ми тво­и­ми.
7 Она по­шла, рас­ска­за­ла все че­ло­ве­ку Бо­жье­му, и он ве­лел: «Пой­ди про­дай мас­ло и за­пла­ти долг. А того, что оста­нет­ся, хва­тит на жизнь и тебе, и тво­им сы­но­вья­м».
8 В один день при­шел Ели­сей в Со­нам. Там одна бо­га­тая жен­щи­на упро­си­ла его к себе есть хле­ба; и ко­гда он ни про­хо­дил, все­гда за­хо­дил туда есть хле­ба.
8 Од­наж­ды Ели­сей при­шел в Шу­не́м. Была там одна бо­га­тая жен­щи­на; она уго­во­ри­ла его зай­ти к ней по­есть. С тех пор вся­кий раз, как Ели­сей бы­вал в тех кра­ях, он за­хо­дил к ней по­есть.
9 И ска­за­ла она мужу сво­е­му: вот, я знаю, что че­ло­век Бо­жий, ко­то­рый про­хо­дит мимо нас по­сто­ян­но, свя­той;
9 Од­наж­ды она ска­за­ла мужу: «Я знаю: этот пут­ник, что все­гда го­стит у нас, — свя­той че­ло­век Бо­жий.
10 сде­ла­ем неболь­шую гор­ни­цу над сте­ною и по­ста­вим ему там по­стель, и стол, и се­да­ли­ще, и све­тиль­ник; и ко­гда он бу­дет при­хо­дить к нам, пусть за­хо­дит туда.
10 Да­вай устро­им ему на­вер­ху ком­нат­ку, по­ста­вим там кро­вать, стол, стул и све­тиль­ник. И ко­гда он бу­дет при­хо­дить к нам, пусть рас­по­ла­га­ет­ся там».
11 В один день он при­шел туда, и за­шел в гор­ни­цу, и лег там,
11 Од­наж­ды, ко­гда он при­шел к ним, рас­по­ло­жил­ся в этой ком­нат­ке и лег,
12 и ска­зал Ги­е­зию, слу­ге сво­е­му: по­зо­ви эту Со­на­ми­тян­ку. И по­звал ее, и она ста­ла пред ним.
12 он ве­лел сво­е­му слу­ге Ги­е́­зию: «По­зо­ви эту шу­на­ми­тян­ку». Тот по­звал ее. Она пред­ста­ла пе­ред Ели­се­ем,
13 И ска­зал ему: ска­жи ей: «вот, ты так за­бо­тишь­ся о нас; что сде­лать бы тебе? не нуж­но ли по­го­во­рить о тебе с ца­рем, или с во­е­на­чаль­ни­ком ?» Она ска­за­ла: нет, сре­ди сво­е­го на­ро­да я живу.
13 и он ве­лел Ги­е­зию: «Ска­жи ей: „Я вижу, как тре­пет­но ты за­бо­тишь­ся о нас. Что сде­лать для тебя? Мо­жет, тебе нуж­но, чтоб за тебя за­мол­ви­ли сло­во пе­ред ца­рем или во­е­на­чаль­ни­ком?“» — «Мои род­ные за­бо­тят­ся обо мне», — от­ве­ча­ла она.
14 И ска­зал он: что же сде­лать ей? И ска­зал Ги­е­зий: да вот, сына нет у нее, а муж ее стар.
14 «Что сде­лать для нее?» — спро­сил Ели­сей. Ги­е­зий от­ве­тил: «Сы­на у нее нет! А муж — уже ста­ри­к». —
15 И ска­зал он: по­зо­ви ее. Он по­звал ее, и ста­ла она в две­рях.
15 «По­зо­ви ее», — ве­лел ему Ели­сей. Тот по­звал ее, она вста­ла у по­ро­га.
16 И ска­зал он: че­рез год, в это са­мое вре­мя ты бу­дешь дер­жать на ру­ках сына. И ска­за­ла она: нет, гос­по­дин мой, че­ло­век Бо­жий, не об­ма­ны­вай рабы тво­ей.
16 Ели­сей ска­зал: «На бу­ду­щий год, в это са­мое вре­мя, ты бу­дешь при­жи­мать к сво­ей гру­ди сына!» — «О гос­по­дин мой, че­ло­век Бо­жий! — от­ве­ча­ла она. — Не надо об­ма­ны­вать меня, рабу твою!»
17 И жен­щи­на ста­ла бе­ре­мен­ною и ро­ди­ла сына на дру­гой год, в то са­мое вре­мя, как ска­зал ей Ели­сей.
17 Но она за­ча­ла, и на сле­ду­ю­щий год, в пред­ска­зан­ный срок, ро­ди­ла. Все было, как го­во­рил ей Ели­сей.
18 И под­рос ре­бе­нок и в один день по­шел к отцу сво­е­му, к жне­цам.
18 Маль­чик под­рос. Од­наж­ды он при­шел к отцу (тот был в поле, со жне­ца­ми)
19 И ска­зал отцу сво­е­му: го­ло­ва моя! го­ло­ва моя бо­лит! И ска­зал тот слу­ге сво­е­му: от­не­си его к ма­те­ри его.
19 и вдруг ска­зал: «Го­ло­ва! Моя го­ло­ва!» — «От­не­си его к ма­те­ри», — ве­лел отец ра­бот­ни­ку.
20 И по­нес его и при­нес его к ма­те­ри его. И он си­дел на ко­ле­нях у нее до по­лу­дня, и умер.
20 Тот под­хва­тил маль­чи­ка и от­нес к ма­те­ри. До по­лу­дня он был у нее на ко­ле­нях, а в пол­день умер.
21 И по­шла она, и по­ло­жи­ла его на по­сте­ли че­ло­ве­ка Бо­жия, и за­пер­ла его, и вы­шла,
21 Мать от­нес­ла его на­верх и по­ло­жи­ла на кро­вать че­ло­ве­ка Бо­жье­го, по­том за­тво­ри­ла дверь, вы­шла на­ру­жу,
22 и по­зва­ла мужа сво­е­го и ска­за­ла: при­шли мне од­но­го из слуг и одну из ослиц, я по­еду к че­ло­ве­ку Бо­жию и воз­вра­щусь.
22 по­зва­ла сво­е­го мужа и ска­за­ла: «Дай мне кого-ни­будь из слуг и осли­цу. Я быст­ро съез­жу к че­ло­ве­ку Бо­жье­му и вер­нусь». —
23 Он ска­зал: за­чем тебе ехать к нему? се­го­дня не но­во­ме­ся­чие и не суб­бо­та. Но она ска­за­ла: хо­ро­шо.
23 «За­чем тебе ехать к нему се­го­дня? — спро­сил муж. — Нын­че ведь не но­во­лу­ние, не суб­бо­та…» — «Все хо­ро­шо», — от­ве­ча­ла она.
24 И осед­ла­ла осли­цу и ска­за­ла слу­ге сво­е­му: веди и иди; не оста­нав­ли­вай­ся, до­ко­ле не ска­жу тебе.
24 Осед­лав осли­цу, она ве­ле­ла слу­ге: «По­го­няй осли­цу без уста­ли! Не оста­нав­ли­вай­ся, пока не ска­жу».
25 И от­пра­ви­лась и при­бы­ла к че­ло­ве­ку Бо­жию, к горе Кар­мил. И ко­гда уви­дел че­ло­век Бо­жий ее из­да­ли, то ска­зал слу­ге сво­е­му Ги­е­зию: это та Со­на­ми­тян­ка.
25 Она от­пра­ви­лась в путь и при­е­ха­ла к че­ло­ве­ку Бо­жье­му на гору Кар­мил. Уви­дав ее из­да­ли, че­ло­век Бо­жий ска­зал сво­е­му слу­ге Ги­е­зию: «Смот­ри-ка, шу­на­ми­тян­ка!
26 По­бе­ги к ней на­встре­чу и ска­жи ей: «з­до­ро­ва ли ты? здо­ров ли муж твой? здо­ров ли ре­бе­нок?» - Она ска­за­ла: здо­ро­вы.
26 Беги ей на­встре­чу и спро­си, как она по­жи­ва­ет, как по­жи­ва­ет муж, как сын?» — «Все хо­ро­шо», — от­ве­ча­ла она.
27 Ко­гда же при­шла к че­ло­ве­ку Бо­жию на гору, ухва­ти­лась за ноги его. И по­до­шел Ги­е­зий, что­бы от­ве­сти ее; но че­ло­век Бо­жий ска­зал: оставь ее, душа у нее огор­че­на, а Гос­подь скрыл от меня и не объ­явил мне.
27 Она взо­шла на гору к че­ло­ве­ку Бо­жье­му и, пав ниц, при­па­ла к его но­гам. Ги­е­зий хо­тел от­толк­нуть ее, но че­ло­век Бо­жий ска­зал: «О­ставь ее, у нее горе. А Гос­подь скрыл это от меня, не ска­зал мне». —
28 И ска­за­ла она: про­си­ла ли я сына у гос­по­ди­на мо­е­го? не го­во­ри­ла ли я: «не об­ма­ны­вай ме­ня»?
28 «Гос­по­дин мой, — про­мол­ви­ла она, — раз­ве я вы­пра­ши­ва­ла себе сына у тебя? Не надо, го­во­ри­ла я, не об­на­де­жи­вай меня!»
29 И ска­зал он Ги­е­зию: опо­яшь чрес­ла твои и возь­ми жезл мой в руку твою, и пой­ди; если встре­тишь кого, не при­вет­ствуй его, и если кто бу­дет тебя при­вет­ство­вать, не от­ве­чай ему; и по­ло­жи по­сох мой на лицо ре­бен­ка.
29 Ели­сей при­ка­зал Ги­е­зию: «Под­по­яшь­ся, возь­ми мой по­сох и от­прав­ляй­ся в путь; если встре­тишь кого — не здо­ро­вай­ся, по­здо­ро­ва­ют­ся с то­бой — не от­ве­чай. По­сох мой при­ло­жишь к лицу маль­чи­ка».
30 И ска­за­ла мать ре­бен­ка: жив Гос­подь и жива душа твоя! не от­ста­ну от тебя. И он встал и по­шел за нею.
30 Но мать маль­чи­ка ска­за­ла: «К­ля­нусь Гос­по­дом и кля­нусь тво­ей жиз­нью, я не отой­ду от тебя!» То­гда Ели­сей со­брал­ся и сам по­шел вме­сте с ней.
31 Ги­е­зий по­шел впе­ре­ди их и по­ло­жил жезл на лицо ре­бен­ка. Но не было ни го­ло­са, ни от­ве­та. И вы­шел на­встре­чу ему, и до­нес ему, и ска­зал: не про­буж­да­ет­ся ре­бе­нок.
31 Ги­е­зий при­шел пер­вым. Он при­ло­жил по­сох к лицу маль­чи­ка — ни зву­ка, ни от­ве­та. Ги­е­зий вы­шел на­встре­чу Ели­сею и со­об­щил ему: «Не про­бу­дил­ся маль­чи­к».
32 И во­шел Ели­сей в дом, и вот, ре­бе­нок умер­ший ле­жит на по­сте­ли его.
32 Во­шел Ели­сей в дом и ви­дит: на его кро­вать по­ло­жи­ли мерт­во­го ре­бен­ка.
33 И во­шел, и за­пер дверь за со­бою, и по­мо­лил­ся Гос­по­ду.
33 Он за­шел в ком­на­ту, за­тво­рил дверь, остал­ся с ним в ком­на­те на­едине и по­мо­лил­ся Гос­по­ду.
34 И под­нял­ся и лег над ре­бен­ком, и при­ло­жил свои уста к его устам, и свои гла­за к его гла­зам, и свои ла­до­ни к его ла­до­ням, и про­стер­ся на нем, и со­гре­лось тело ре­бен­ка.
34 По­том по­до­шел к кро­ва­ти и лег на тело маль­чи­ка, при­ло­жил губы к гу­бам, гла­за — к гла­зам, ла­до­ни — к ла­до­ням. Так при­пал он к нему, и тело маль­чи­ка ста­ло теп­леть.
35 И встал и про­шел по гор­ни­це взад и впе­ред; по­том опять под­нял­ся и про­стер­ся на нем. И чих­нул ре­бе­нок раз семь, и от­крыл ре­бе­нок гла­за свои.
35 Ели­сей сно­ва по­хо­дил туда-сюда по ком­на­те, по­до­шел к кро­ва­ти, сно­ва при­пал к маль­чи­ку, и тот чих­нул — раз, дру­гой… семь раз. По­том от­крыл гла­за.
36 И по­звал он Ги­е­зия и ска­зал: по­зо­ви эту Со­на­ми­тян­ку. И тот по­звал ее. Она при­шла к нему, и он ска­зал: возь­ми сына тво­е­го.
36 Ели­сей по­до­звал Ги­е­зия и ве­лел ему: «Зо­ви шу­на­ми­тян­ку!» Тот по­звал ее, и она во­шла. «За­би­рай сво­е­го сы­на», — ска­зал Ели­сей.
37 И по­до­шла, и упа­ла ему в ноги, и по­кло­ни­лась до зем­ли; и взя­ла сына сво­е­го и по­шла.
37 По­до­шла она, пала ему в ноги, про­стер­лась пе­ред ним на зем­ле, по­том взя­ла сына и вы­шла из ком­на­ты.
38 Ели­сей же воз­вра­тил­ся в Га­лгал. И был го­лод в зем­ле той, и сыны про­ро­ков си­де­ли пред ним. И ска­зал он слу­ге сво­е­му: по­ставь боль­шой ко­тел и сва­ри по­хлеб­ку для сы­нов про­ро­че­ских.
38 А Ели­сей вер­нул­ся в Ги­лгал. По всей стране был то­гда го­лод. Люди из про­ро­че­ской бра­тии со­бра­лись во­круг Ели­сея. Он ве­лел сво­е­му слу­ге: «По­ставь на огонь боль­шой ко­тел и сва­ри по­хлеб­ку для все­х».
39 И вы­шел один из них в поле со­би­рать ово­щи, и на­шел ди­кое вью­ще­е­ся рас­те­ние, и на­брал с него ди­ких пло­дов пол­ную одеж­ду свою; и при­шел и на­кро­шил их в ко­тел с по­хлеб­кою, так как они не зна­ли их.
39 А пе­ред тем один че­ло­век по­шел в поле со­брать съе­доб­ных трав и на­ткнул­ся на ди­кую тык­ву. Не зная, что́ это, он на­брал ее пло­дов в по­дол ру­ба­хи и, вер­нув­шись, на­кро­шил в ко­тел с по­хлеб­кой.
40 И на­ли­ли им есть. Но как ско­ро они ста­ли есть по­хлеб­ку, то под­ня­ли крик и го­во­ри­ли: смерть в кот­ле, че­ло­век Бо­жий! И не мог­ли есть.
40 Ста­ли раз­ли­вать по­хлеб­ку. Но ко­гда при­ня­лись за еду, за­кри­ча­ли: «В этом кот­ле — смерть! Че­ло­век Бо­жий!» И по­бо­я­лись есть.
41 И ска­зал он: по­дай­те муки. И всы­пал ее в ко­тел и ска­зал Ги­е­зию: на­ли­вай лю­дям, пусть едят. И не ста­ло ни­че­го вред­но­го в кот­ле.
41 Ели­сей ска­зал: «Дай­те мне му­ки». Всы­пал муку в ко­тел и ве­лел: «Раз­ли­вай, пусть едят». Ни­че­го вред­но­го не было боль­ше в кот­ле.
42 При­шел некто из Ваал-Ша­ли­ши, и при­нес че­ло­ве­ку Бо­жию хлеб­ный на­ча­ток - два­дцать яч­мен­ных хлеб­цев и сы­рые зер­на в ше­лу­хе. И ска­зал Ели­сей: от­дай лю­дям, пусть едят.
42 Один че­ло­век из Ба́ал-Ша­ли­ши при­шел и при­нес че­ло­ве­ку Бо­жье­му хлеб но­во­го уро­жая: два­дцать яч­мен­ных хле­бов и ко­ло­сья со спе­лым зер­ном. Че­ло­век Бо­жий ве­лел: «Раз­дай лю­дям, пусть едят».
43 И ска­зал слу­га его: что тут я дам ста че­ло­ве­кам? И ска­зал он: от­дай лю­дям, пусть едят, ибо так го­во­рит Гос­подь: «на­сы­тят­ся, и оста­нет­ся».
43 Слу­га спро­сил: «Как? Раз­дать вот это на сто че­ло­век?» — «Раз­дай, — от­ве­чал тот. — Пусть едят. Так го­во­рит Гос­подь: „На­е­дят­ся, и еще оста­нет­ся!“»
44 Он по­дал им, и они на­сы­ти­лись, и еще оста­лось, по сло­ву Гос­под­ню.
44 Слу­га раз­дал. Все на­елись, и даже еще оста­лось — так ис­пол­ни­лось сло­во Гос­по­да.