План победы

«План победы» 2026Все планы
Пс 143, Ин 3, 2 Цар 13, 14

Псалом 143

1 Да­ви­да. Бла­го­сло­вен Гос­подь, твер­ды­ня моя, на­уча­ю­щий руки мои бит­ве и пер­сты мои бра­ни,
1 [Сло­же­но Да­ви­дом.] Бла­го­сло­вен Гос­подь, ска­ла моя, Он учит руки мои во­е­вать, учит паль­цы сжи­мать ору­жие.
2 ми­лость моя и ограж­де­ние мое, при­бе­жи­ще мое и Из­ба­ви­тель мой, щит мой, - и я на Него упо­ваю; Он под­чи­ня­ет мне на­род мой.
2 Он ве­рен, Он — твер­ды­ня моя, при­бе­жи­ще, из­ба­ви­тель, Он мой щит, на Него упо­ваю, Он под­чи­ня­ет мне мой на­род.
3 Гос­по­ди! что есть че­ло­век, что Ты зна­ешь о нем, и сын че­ло­ве­че­ский, что об­ра­ща­ешь на него вни­ма­ние?
3 Гос­по­ди, что та­кое че­ло­век? А Ты за­бо­тишь­ся о нем! Что та­кое лю­бой из лю­дей? А Ты ду­ма­ешь о нем!
4 Че­ло­век по­до­бен ду­но­ве­нию; дни его - как укло­ня­ю­ща­я­ся тень.
4 Че­ло­век — что ду­но­ве­ние вет­ра, дни его ис­че­за­ют, как тень.
5 Гос­по­ди! При­к­ло­ни небе­са Твои и сой­ди; кос­нись гор, и воз­ды­мят­ся;
5 Гос­по­ди, на­кло­ни небе­са и сой­ди, кос­нись гор — и они за­ды­мят­ся.
6 блес­ни мол­ниею и рас­сей их; пу­сти стре­лы Твои и рас­строй их;
6 Блес­ни мол­нией — и рас­сей вра­гов, стре­ла­ми об­ра­ти их в бег­ство.
7 про­стри с вы­со­ты руку Твою, из­бавь меня и спа­си меня от вод мно­гих, от руки сы­нов ино­пле­мен­ных,
7 Про­тя­ни с вы­со­ты руку Свою, вы­та­щи меня из пу­чи­ны, от чу­же­зем­цев спа­си:
8 ко­то­рых уста го­во­рят су­ет­ное и ко­то­рых дес­ни­ца - дес­ни­ца лжи.
8 их уста го­во­рят неправ­ду, и кля­нут­ся они лож­но.
9 Боже! но­вую песнь вос­пою Тебе, на де­ся­ти­струн­ной псал­ти­ри вос­пою Тебе,
9 Боже! Но­вую песнь вос­пою Тебе, на арфе де­ся­ти­струн­ной буду иг­рать Тебе.
10 да­ру­ю­ще­му спа­се­ние ца­рям и из­бав­ля­ю­ще­му Да­ви­да, раба Тво­е­го, от лю­то­го меча.
10 Ты да­ру­ешь спа­се­ние ца­рям, из­бав­ля­ешь Да­ви­да, раба Тво­е­го, от меча лю­то­го.
11 Из­бавь меня и спа­си меня от руки сы­нов ино­пле­мен­ных, ко­то­рых уста го­во­рят су­ет­ное и ко­то­рых дес­ни­ца - дес­ни­ца лжи.
11 От чу­же­зем­цев из­бавь меня, спа­си: их уста го­во­рят неправ­ду, и кля­нут­ся они лож­но.
12 Да бу­дут сы­но­вья наши, как раз­рос­ши­е­ся рас­те­ния в их мо­ло­до­сти; до­че­ри наши - как ис­кус­но из­ва­ян­ные стол­пы в чер­то­гах.
12 Да бу­дут сыны наши как по­росль мо­ло­дая, а до­че­ри — как изящ­ные ко­лон­ны, укра­ше­ние двор­ца.
13 Да бу­дут жит­ни­цы наши пол­ны, обиль­ны вся­ким хле­бом; да пло­дят­ся овцы наши ты­ся­ча­ми и тьма­ми на па­жи­тях на­ших;
13 Да бу­дут наши за­кро­ма пол­ны, обиль­ны вся­ким доб­ром. Да па­сут­ся на на­ших лу­гах ты­ся­чи, мно­го ты­сяч овец.
14 да бу­дут волы наши туч­ны; да не бу­дет ни рас­хи­ще­ния, ни про­па­жи, ни воплей на ули­цах на­ших.
14 Пусть быки наши бу­дут туч­ны, пусть не бу­дет ни па­де­жа, ни вы­ки­ды­ша. Пусть не бу­дет пла­ча на ули­цах на­ших.
15 Бла­жен на­род, у ко­то­ро­го это есть. Бла­жен на­род, у ко­то­ро­го Гос­подь есть Бог.
15 Счаст­лив та­кой на­род! Бла­жен на­род, чей Бог — Гос­подь!

Иоанна 3

1 Меж­ду фа­ри­се­я­ми был некто, име­нем Ни­ко­дим, один из на­чаль­ни­ков Иудей­ских.
1 Был один че­ло­век из иудей­ских ста­рей­шин, фа­ри­сей по име­ни Ни­ко­дим.
2 Он при­шел к Иису­су но­чью и ска­зал Ему: Рав­ви! мы зна­ем, что Ты - учи­тель, при­шед­ший от Бога; ибо та­ких чу­дес, ка­кие Ты тво­ришь, ни­кто не мо­жет тво­рить, если не бу­дет с ним Бог.
2 Он при­шел но­чью к Иису­су и ска­зал Ему: «Раб­би! Мы зна­ем, что Ты учи­тель, по­слан­ный Бо­гом. Ни­кто не мо­жет со­вер­шить та­ких зна­ков, ка­кие Ты со­вер­ша­ешь, если Бог не с ним».
3 Иисус ска­зал ему в от­вет: ис­тин­но, ис­тин­но го­во­рю тебе, если кто не ро­дит­ся свы­ше, не мо­жет уви­деть Цар­ствия Бо­жия.
3 Иисус ска­зал ему в от­вет: «Го­во­рю тебе ис­тин­ную прав­ду: толь­ко тот, кто ро­дит­ся свы­ше, смо­жет уви­деть Цар­ство Бога!»
4 Ни­ко­дим го­во­рит Ему: как мо­жет че­ло­век ро­дить­ся, бу­дучи стар? неуже­ли мо­жет он в дру­гой раз вой­ти в утро­бу ма­те­ри сво­ей и ро­дить­ся?
4 «Как мо­жет взрос­лый че­ло­век вновь ро­дить­ся? — го­во­рит Ему Ни­ко­дим. — Ведь он не мо­жет вер­нуть­ся в ма­те­рин­скую утро­бу и ро­дить­ся вто­рой раз».
5 Иисус от­ве­чал: ис­тин­но, ис­тин­но го­во­рю тебе, если кто не ро­дит­ся от воды и Духа, не мо­жет вой­ти в Цар­ствие Бо­жие.
5 Иисус от­ве­тил: «Го­во­рю тебе ис­тин­ную прав­ду: толь­ко тот, кто ро­дит­ся от воды и Духа, смо­жет вой­ти в Цар­ство Бога!
6 Рож­ден­ное от пло­ти есть плоть, а рож­ден­ное от Духа есть дух.
6 То, что ро­дит­ся от пло­ти, есть плоть; толь­ко от Духа рож­да­ет­ся дух.
7 Не удив­ляй­ся тому, что Я ска­зал тебе: долж­но вам ро­дить­ся свы­ше.
7 Не удив­ляй­ся тому, что тебе Я ска­зал: „Вам надо ро­дить­ся свы­ше“.
8 Дух ды­шит, где хо­чет, и го­лос его слы­шишь, а не зна­ешь, от­ку­да при­хо­дит и куда ухо­дит: так бы­ва­ет со вся­ким, рож­ден­ным от Духа.
8 Ве­тер веет, где хо­чет. Ты слы­шишь, как он шу­мит, но не зна­ешь, от­ку­да он и куда на­прав­ля­ет­ся. Так и с теми, кто ро­дит­ся от Ду­ха».
9 Ни­ко­дим ска­зал Ему в от­вет: как это мо­жет быть?
9 «Раз­ве та­кое мо­жет быть?» — спро­сил Ни­ко­дим.
10 Иисус от­ве­чал и ска­зал ему: ты - учи­тель Из­ра­и­лев, и это­го ли не зна­ешь?
10 «Ты — учи­тель Из­ра­и­ля и не зна­ешь та­ких ве­щей? — ска­зал ему в от­вет Иисус. —
11 Ис­тин­но, ис­тин­но го­во­рю тебе: Мы го­во­рим о том, что зна­ем, и сви­де­тель­ству­ем о том, что ви­де­ли, а вы сви­де­тель­ства На­ше­го не при­ни­ма­е­те.
11 Го­во­рю тебе ис­тин­ную прав­ду: мы го­во­рим о том, что зна­ем, и сви­де­тель­ству­ем о том, что ви­де­ли, но вы от­вер­га­е­те наше сви­де­тель­ство.
12 Если Я ска­зал вам о зем­ном, и вы не ве­ри­те, - как по­ве­ри­те, если буду го­во­рить вам о небес­ном?
12 Если вы не ве­ри­те Мне, ко­гда Я вам ска­зал о зем­ном, как вы по­ве­ри­те Мне, ко­гда Я вам ска­жу о небес­ном?
13 Ни­кто не вос­хо­дил на небо, как толь­ко сшед­ший с небес Сын Че­ло­ве­че­ский, су­щий на небе­сах.
13 Ведь на Небо не под­ни­мал­ся ни­кто, кро­ме Того, кто с Неба со­шел, — это Сын че­ло­ве­че­ский.
14 И как Мо­и­сей воз­нес змию в пу­стыне, так долж­но воз­не­се­ну быть Сыну Че­ло­ве­че­ско­му,
14 Как Мо­и­сей под­нял ввысь мед­но­го змея в пу­стыне, так и Сын че­ло­ве­че­ский дол­жен быть под­нят,
15 дабы вся­кий, ве­ру­ю­щий в Него, не по­гиб, но имел жизнь веч­ную.
15 что­бы тот, кто ве­рит, в Нем об­рел веч­ную жизнь.
16 Ибо так воз­лю­бил Бог мир, что от­дал Сына Сво­е­го Еди­но­род­но­го, дабы вся­кий ве­ру­ю­щий в Него, не по­гиб, но имел жизнь веч­ную.
16 Ведь Бог так по­лю­бил мир, что от­дал Сво­е­го един­ствен­но­го Сына, что­бы тот, кто ве­рит в Него, не по­гиб, но об­рел веч­ную жизнь.
17 Ибо не по­слал Бог Сына Сво­е­го в мир, что­бы су­дить мир, но что­бы мир спа­сен был чрез Него.
17 Ведь Бог по­слал Сына в мир не для того, что­бы Он мир осу­дил, но для того, что­бы мир че­рез Него был спа­сен.
18 Ве­ру­ю­щий в Него не су­дит­ся, а неве­ру­ю­щий уже осуж­ден, по­то­му что не уве­ро­вал во имя Еди­но­род­но­го Сына Бо­жия.
18 Тот, кто ве­рит в Него, осуж­ден не бу­дет, а кто не ве­рит — уже осуж­ден, по­то­му что он не по­ве­рил в имя един­ствен­но­го Сына Бога.
19 Суд же со­сто­ит в том, что свет при­шел в мир; но люди бо­лее воз­лю­би­ли тьму, неже­ли свет, по­то­му что дела их были злы;
19 Вот в чем суд со­сто­ит: в мир при­шел свет, но люди пред­по­чли све­ту тьму, по­то­му что злы их дела.
20 ибо вся­кий, де­ла­ю­щий злое, нена­ви­дит свет и не идет к све­ту, что­бы не об­ли­чи­лись дела его, по­то­му что они злы;
20 Вся­кий, кто де­ла­ет зло, свет нена­ви­дит и не идет к све­ту, что­бы не ста­ли из­вест­ны злые его дела.
21 а по­сту­па­ю­щий по прав­де идет к све­ту, дабы явны были дела его, по­то­му что они в Боге со­де­ла­ны.
21 А кто по прав­де жи­вет, идет к све­ту, что­бы яв­ны­ми ста­ли дела его, во имя Бога свер­шен­ны­е».
22 По­сле сего при­шел Иисус с уче­ни­ка­ми Сво­и­ми в зем­лю Иудей­скую и там жил с ними и кре­стил.
22 За­тем Иисус с уче­ни­ка­ми от­пра­вил­ся в Иудей­скую зем­лю и там оста­вал­ся с ними и кре­стил лю­дей.
23 А Иоанн так­же кре­стил в Еноне, близ Са­ли­ма, по­то­му что там было мно­го воды; и при­хо­ди­ли туда и кре­сти­лись,
23 А Иоанн в это вре­мя кре­стил в Эно́не, что близ Са­ли­ма, где было мно­го воды. К нему шли люди, и он их кре­стил.
24 ибо Иоанн еще не был за­клю­чен в тем­ни­цу.
24 Ведь Иоанн то­гда еще не был бро­шен в тюрь­му.
25 То­гда у Иоан­но­вых уче­ни­ков про­изо­шел спор с Иуде­я­ми об очи­ще­нии.
25 Как-то раз у уче­ни­ков Иоан­на воз­ник спор с од­ним иуде­ем по по­во­ду об­ря­дов очи­ще­ния.
26 И при­шли к Иоан­ну и ска­за­ли ему: рав­ви! Тот, Ко­то­рый был с то­бою при Иор­дане и о Ко­то­ром ты сви­де­тель­ство­вал, вот, Он кре­стит, и все идут к Нему.
26 Они при­шли к Иоан­ну и ска­за­ли ему: «Раб­би, пом­нишь того че­ло­ве­ка, ко­то­рый был с то­бой за Иор­да­ном, ты о Нем сви­де­тель­ство­вал? Так вот, Он тоже кре­стит, и все идут к Нему!»
27 Иоанн ска­зал в от­вет: не мо­жет че­ло­век ни­че­го при­ни­мать на себя, если не бу­дет дано ему с неба.
27 «У че­ло­ве­ка есть толь­ко то, что дано ему Небом, — от­ве­тил Иоанн. —
28 Вы сами мне сви­де­те­ли в том, что я ска­зал: «не я Хри­стос, но я по­слан пред Ним».
28 Вы сами мо­же­те под­твер­дить, что я ска­зал: „Я не По­ма­зан­ник“, но ска­зал так­же: „Я был по­слан рань­ше Него“.
29 Име­ю­щий неве­сту есть же­них, а друг же­ни­ха, сто­я­щий и вни­ма­ю­щий ему, ра­до­стью ра­ду­ет­ся, слы­ша го­лос же­ни­ха. Сия-то ра­дость моя ис­пол­ни­лась.
29 Неве­ста при­над­ле­жит толь­ко же­ни­ху. А друг же­ни­ха сто­ит ря­дом, слу­ша­ет его и ра­ду­ет­ся, слы­ша его речи. И ко мне на­ко­нец при­шла та­кая же ра­дость.
30 Ему долж­но рас­ти, а мне ума­лять­ся.
30 Ему над­ле­жит воз­рас­тать, а мне ума­лять­ся.
31 При­хо­дя­щий свы­ше и есть выше всех; а су­щий от зем­ли - зем­ной и есть и го­во­рит, как су­щий от зем­ли; При­хо­дя­щий с небес есть выше всех,
31 Тот, кто при­хо­дит свы­ше, выше всех осталь­ных. Тот, кто рож­ден от зем­ли, сам зем­ной и го­во­рит по-зем­но­му. Но Тот, кто при­хо­дит с Небес, Тот, кто всех выше,
32 и что Он ви­дел и слы­шал, о том и сви­де­тель­ству­ет; и ни­кто не при­ни­ма­ет сви­де­тель­ства Его.
32 Он сви­де­тель­ству­ет о том, что сам ви­дел и слы­шал, но весть Его не при­ни­ма­ют.
33 При­няв­ший Его сви­де­тель­ство сим за­пе­чат­лел, что Бог ис­ти­нен,
33 А кто Его весть при­ни­ма­ет, тот под­твер­жда­ет этим, что Бог все­гда ве­рен.
34 ибо Тот, Ко­то­ро­го по­слал Бог, го­во­рит сло­ва Бо­жии; ибо не ме­рою дает Бог Духа.
34 Тот, кого по­слал Бог, го­во­рит сло­ва Бо­жьи, по­то­му что Бог щед­ро дает Ему Духа.
35 Отец лю­бит Сына и все дал в руку Его.
35 Отец лю­бит Сына и все от­дал в Его руки.
36 Ве­ру­ю­щий в Сына име­ет жизнь веч­ную, а не ве­ру­ю­щий в Сына не уви­дит жиз­ни, но гнев Бо­жий пре­бы­ва­ет на нем.
36 Тот, кто ве­рит в Сына, об­рел веч­ную жизнь, а кто не по­ви­ну­ет­ся Сыну, ни­ко­гда не уви­дит жиз­ни: Бо­жий гнев на нем бу­дет веч­но».

2 Царств 13

1 И было по­сле того: у Авес­са­ло­ма, сына Да­ви­до­ва, была сест­ра кра­си­вая, по име­ни Фа­марь, и по­лю­бил ее Ам­нон, сын Да­ви­да.
1 По­том было вот что. У Авес­са­ло́­ма, сына Да­ви­да, была кра­са­ви­ца-сест­ра по име­ни Та­ма́р, и в нее влю­бил­ся дру­гой сын Да­ви­да Ам­но́н.
2 И скор­бел Ам­нон до того, что за­бо­лел из-за Фа­ма­ри, сест­ры сво­ей; ибо она была де­ви­ца, и Ам­но­ну ка­за­лось труд­ным что-ни­будь сде­лать с нею.
2 Слов­но боль­ной, он му­чал­ся из-за Та­ма́р, сво­ей сест­ры, ведь она была еще де­вуш­кой, и Ам­нон не пред­став­лял, как под­сту­пить­ся к ней.
3 Но у Ам­но­на был друг, по име­ни Иона­дав, сын Са­мая, бра­та Да­ви­до­ва; и Иона­дав был че­ло­век очень хит­рый.
3 Но у Ам­но­на был очень смыш­ле­ный друг Иона­да́в, сын Шимы, Да­ви­до­ва бра­та.
4 И он ска­зал ему: от­че­го ты так ху­де­ешь с каж­дым днем, сын ца­рев, - не от­кро­ешь ли мне? И ска­зал ему Ам­нон: Фа­марь, сест­ру Авес­са­ло­ма, бра­та мо­е­го, люб­лю я.
4 «Цар­ский сын, от­че­го ты чах­нешь день ото дня? — спро­сил он. — Рас­ска­жи мне!» — «Я влю­бил­ся в Та­мар, сест­ру Авес­са­ло­ма, бра­та мо­е­го», — от­ве­тил Ам­нон.
5 И ска­зал ему Иона­дав: ло­жись в по­стель твою, и при­тво­рись боль­ным; и ко­гда отец твой при­дет на­ве­стить тебя: ска­жи ему: пусть при­дет Фа­марь, сест­ра моя, и под­кре­пит меня пи­щею, при­го­то­вив ку­ша­нье при моих гла­зах, чтоб я ви­дел, и ел из рук ее.
5 То­гда Иона­дав ска­зал: «Ляг в по­стель и ска­жись боль­ным, а ко­гда отец при­дет про­ве­дать тебя, по­про­си его: „Пусть Та­мар, моя сест­ра, при­дет по­уха­жи­вать за мной — при­го­то­вит пищу при мне, что­бы я ви­дел, и сама по­кор­мит меня“».
6 И лег Ам­нон и при­тво­рил­ся боль­ным, и при­шел царь на­ве­стить его; и ска­зал Ам­нон царю: пусть при­дет Фа­марь, сест­ра моя, и ис­пе­чет при моих гла­зах ле­пеш­ку, или две, и я поем из рук ее.
6 Ам­нон лег в свою по­стель и при­тво­рил­ся боль­ным. Ко­гда царь при­шел на­ве­стить его, Ам­нон по­про­сил его: «Пусть при­дет Та­мар, сест­ра моя, и сле­пит при мне пару сер­де­чек из те­ста, при­го­то­вит их и сама по­кор­мит ме­ня».
7 И по­слал Да­вид к Фа­ма­ри в дом ска­зать: пой­ди в дом Ам­но­на, бра­та тво­е­го, и при­го­товь ему ку­ша­нье.
7 Да­вид от­пра­вил че­ло­ве­ка в по­кои Та­мар с при­ка­зом: «Пой­ди в дом бра­та тво­е­го Ам­но­на и при­го­товь ему по­есть».
8 И по­шла она в дом бра­та сво­е­го Ам­но­на; а он ле­жит. И взя­ла она муки и за­ме­си­ла, и из­го­то­ви­ла пред гла­за­ми его и ис­пек­ла ле­пеш­ки,
8 Та­мар при­шла в дом Ам­но­на, сво­е­го бра­та, и за­ста­ла его ле­жа­щим в по­сте­ли. Она взя­ла те­сто, на гла­зах у бра­та раз­мя­ла его, сле­пи­ла сер­деч­ки, сва­ри­ла их.
9 и взя­ла ско­во­ро­ду и вы­ло­жи­ла пред ним; но он не хо­тел есть. И ска­зал Ам­нон: пусть все вый­дут от меня. И вы­шли от него все люди,
9 Она взя­ла ко­тел и на­кры­ла на стол, но он от­ка­зы­вал­ся есть. «Вы­ве­ди­те всех от­сю­да!» — ска­зал Ам­нон. Ко­гда все ушли,
10 и ска­зал Ам­нон Фа­ма­ри: от­не­си ку­ша­нье во внут­рен­нюю ком­на­ту, и я поем из рук тво­их. И взя­ла Фа­марь ле­пеш­ки, ко­то­рые при­го­то­ви­ла, и от­нес­ла Ам­но­ну, бра­ту сво­е­му, во внут­рен­нюю ком­на­ту.
10 он ска­зал Та­мар: «При­не­си еду ко мне в спаль­ню, по­кор­ми меня са­ма». Та­мар взя­ла при­го­тов­лен­ные сер­деч­ки и по­нес­ла их в спаль­ню к Ам­но­ну, сво­е­му бра­ту.
11 И ко­гда она по­ста­ви­ла пред ним, чтоб он ел, то он схва­тил ее, и ска­зал ей: иди, ло­жись со мною, сест­ра моя.
11 Ко­гда она по­до­шла, что­бы по­кор­мить его, он схва­тил ее и за­го­во­рил: «Ну же, ло­жись со мной, сест­рич­ка!» —
12 Но она ска­за­ла: нет, брат мой, не бес­че­сти меня, ибо не де­ла­ет­ся так в Из­ра­и­ле; не де­лай это­го безу­мия.
12 «Нет, брат мой! Не тво­ри на­си­лия! Не по­сту­па­ют так в Из­ра­и­ле! — го­во­ри­ла она. — Не де­лай этой мер­зо­сти!
13 И я, куда пой­ду я с моим бес­че­сти­ем? И ты, ты бу­дешь од­ним из безум­ных в Из­ра­и­ле. Ты по­го­во­ри с ца­рем; он не от­ка­жет от­дать меня тебе.
13 Как я смою этот по­зор?! И о тебе пой­дет дур­ная сла­ва в Из­ра­и­ле! Луч­ше по­про­си царя, он не от­ка­жет тебе, от­даст меня!»
14 Но он не хо­тел слу­шать слов ее, и пре­одо­лел ее, и из­на­си­ло­вал ее, и ле­жал с нею.
14 Но Ам­нон не слу­шал сест­ру. Хотя она со­про­тив­ля­лась, он из­на­си­ло­вал ее.
15 По­том воз­не­на­ви­дел ее Ам­нон ве­ли­чай­шею нена­ви­стью, так что нена­висть, ка­кою он воз­не­на­ви­дел ее, была силь­нее люб­ви, ка­кую имел к ней; и ска­зал ей Ам­нон: встань, уйди.
15 По­сле это­го Ам­нон воз­не­на­ви­дел ее, и его нена­висть к ней была силь­ней, чем преж­няя лю­бовь. «В­ста­вай, уби­рай­ся!» — ска­зал он.
16 И Фа­марь ска­за­ла ему: нет, про­гнать меня - это зло боль­ше пер­во­го, ко­то­рое ты сде­лал со мною. Но он не хо­тел слу­шать ее.
16 «Нет, брат мой! — го­во­ри­ла она. — Если ты про­го­нишь меня, то со­вер­шишь дело мно­го хуже того, что уже со­вер­ши­л». Но он и слу­шать ее не хо­тел.
17 И по­звал от­ро­ка сво­е­го, ко­то­рый слу­жил ему, и ска­зал: про­го­ни эту от меня вон и за­при дверь за нею.
17 По­звал слу­гу, ко­то­рый был при нем, и при­ка­зал: «Вы­ве­ди­те эту вон от­сю­да! На ули­цу! И за­при за ней дверь».
18 На ней была раз­но­цвет­ная одеж­да, ибо та­кие верх­ние одеж­ды но­си­ли цар­ские до­че­ри-де­ви­цы. И вы­вел ее слу­га вон и за­пер за нею дверь.
18 Слу­га вы­вел ее на­ру­жу и за­пер за ней дверь. На ней была раз­но­цвет­ная ру­ба­ха, ка­кие на­де­ва­ют неза­муж­ние до­че­ри царя.
19 И по­сы­па­ла Фа­марь пеп­лом го­ло­ву свою, и разо­дра­ла раз­но­цвет­ную одеж­ду, ко­то­рую име­ла на себе, и по­ло­жи­ла руки свои на го­ло­ву свою, и так шла и во­пи­ла.
19 Та­мар из­ма­за­ла лицо пеп­лом, разо­дра­ла свою раз­но­цвет­ную одеж­ду, шла и сте­на­ла, схва­тив­шись за го­ло­ву.
20 И ска­зал ей Авес­са­лом, брат ее: не Ам­нон ли, брат твой, был с то­бою? - но те­перь мол­чи, сест­ра моя; он - брат твой; не со­кру­шай­ся серд­цем тво­им об этом деле. И жила Фа­марь в оди­но­че­стве в доме Авес­са­ло­ма, бра­та сво­е­го.
20 Авес­са­лом, брат ее, ска­зал: «Это ведь Ам­нон, твой брат, был с то­бой! По­это­му луч­ше мол­чи, сест­ра, ведь он твой брат! За­будь об этом!» Та­мар ста­ла жить за­твор­ни­цей в доме сво­е­го бра­та Авес­са­ло­ма.
21 И услы­шал царь Да­вид обо всем этом, и силь­но раз­гне­вал­ся.
21 Ко­гда царь Да­вид узнал о слу­чив­шем­ся, то силь­но раз­гне­вал­ся.
22 Авес­са­лом же не го­во­рил с Ам­но­ном ни ху­до­го, ни хо­ро­ше­го; ибо воз­не­на­ви­дел Авес­са­лом Ам­но­на за то, что он обес­че­стил Фа­марь, сест­ру его.
22 Авес­са­лом же ни­че­го не ска­зал Ам­но­ну, по­то­му что воз­не­на­ви­дел его за то, что тот из­на­си­ло­вал Та­мар.
23 Чрез два года было стри­же­ние овец у Авес­са­ло­ма в Ваал - Га­цо­ре, что у Еф­ре­ма, и по­звал Авес­са­лом всех сы­но­вей цар­ских.
23 Дву­мя го­да­ми поз­же, ко­гда у Авес­са­ло­ма была стриж­ка овец в Ба́ал-Ха­цо́­ре, что око­ло Офры, он со­звал всех цар­ских сы­но­вей.
24 И при­шел Авес­са­лом к царю и ска­зал: вот, ныне стри­же­ние овец у раба тво­е­го; пусть пой­дет царь и слу­ги его с ра­бом тво­им.
24 По­звал он и царя: «У раба тво­е­го сей­час стриж­ка овец. Пусть царь и при­бли­жен­ные его по­се­тят раба тво­е­го».
25 Но царь ска­зал Авес­са­ло­му: нет, сын мой, мы не пой­дем все, что­бы не быть тебе в тя­гость. И силь­но упра­ши­вал его Авес­са­лом; но он не за­хо­тел идти, и бла­го­сло­вил его.
25 Но царь от­ка­зал­ся: «Нет, сын мой, мы не пой­дем, что­бы нам не обре­ме­нять те­бя». Авес­са­лом упра­ши­вал, но царь все рав­но не со­гла­сил­ся идти, толь­ко дал ему свое бла­го­сло­ве­ние.
26 И ска­зал ему Авес­са­лом: по край­ней мере пусть пой­дет с нами Ам­нон, брат мой. И ска­зал ему царь: за­чем ему идти с то­бою?
26 «Пусть то­гда с нами пой­дет хотя бы Ам­нон, мой брат!» — ска­зал Авес­са­лом. «За­чем ему идти с то­бой?» — от­ве­чал Да­вид.
27 Но Авес­са­лом упро­сил его, и он от­пу­стил с ним Ам­но­на и всех цар­ских сы­но­вей.
27 Но Авес­са­лом на­ста­и­вал, и царь от­пу­стил Ам­но­на со все­ми сво­и­ми сы­но­вья­ми.
28 Авес­са­лом же при­ка­зал от­ро­кам сво­им, ска­зав: смот­ри­те, как толь­ко раз­ве­се­лит­ся серд­це Ам­но­на от вина, и я ска­жу вам: «по­ра­зи­те Ам­но­на», то­гда убей­те его, не бой­тесь; это я при­ка­зы­ваю вам, будь­те сме­лы и му­же­ствен­ны.
28 Авес­са­лом при­ка­зал сво­им лю­дям: «На­блю­дай­те, ко­гда Ам­нон опья­не­ет и ста­нет бес­печ­ным, я ска­жу вам: „Бей­те Ам­но­на“, — то­гда убей­те его, не бой­тесь. Это мой при­каз! При­го­товь­тесь и будь­те без­жа­лост­ны!»
29 И по­сту­пи­ли от­ро­ки Авес­са­ло­ма с Ам­но­ном, как при­ка­зал Авес­са­лом. То­гда вста­ли все цар­ские сы­но­вья, сели каж­дый на мула сво­е­го и убе­жа­ли.
29 Ко­гда люди Авес­са­ло­ма вы­пол­ни­ли его при­каз, все цар­ские сы­но­вья вско­чи­ли, сели на му­лов и в спеш­ке разъ­е­ха­лись.
30 Ко­гда они были еще на пути, до­шел слух до Да­ви­да, что Авес­са­лом умерт­вил всех цар­ских сы­но­вей, и не оста­лось ни од­но­го из них.
30 Пока они были еще в пути, Да­ви­ду ска­за­ли: «А­вес­са­лом убил всех ца­ре­ви­чей! Ни один не остал­ся в жи­вых!»
31 И встал царь, и разо­драл одеж­ды свои, и по­верг­ся на зем­лю, и все слу­ги его, пред­сто­я­щие ему, разо­дра­ли одеж­ды свои.
31 Царь разо­драл свою одеж­ду и упал на зем­лю. Все при­двор­ные, что окру­жа­ли его, тоже разо­рва­ли одеж­ды.
32 Но Иона­дав, сын Са­мая, бра­та Да­ви­до­ва, ска­зал: пусть не ду­ма­ет гос­по­дин мой, что всех от­ро­ков, цар­ских сы­но­вей, умерт­ви­ли; один толь­ко Ам­нон умер, ибо у Авес­са­ло­ма был этот за­мы­сел с того дня, как Ам­нон обес­че­стил сест­ру его;
32 Но Иона­дав, сын Шимы, бра­та Да­ви­да, ска­зал: «Пусть мой гос­по­дин не ве­рит, что уби­ли всех сы­но­вей царя. Убит толь­ко Ам­нон. Так и за­ду­мал Авес­са­лом еще то­гда, ко­гда Ам­нон из­на­си­ло­вал Та­мар, его сест­ру.
33 итак пусть гос­по­дин мой, царь, не тре­во­жит­ся мыс­лью о том, буд­то умер­ли все цар­ские сы­но­вья: умер один толь­ко Ам­нон.
33 Пусть же не пе­ча­лит­ся царь и не ду­ма­ет, что по­гиб­ли все сы­но­вья царя, — толь­ко Ам­нон мертв.
34 И убе­жал Авес­са­лом. И под­нял от­рок, сто­яв­ший на стра­же, гла­за свои, и уви­дел: вот, мно­го на­ро­да идет по до­ро­ге по ска­ту горы.
34 А Авес­са­лом бе­жал». До­зор­ный при­смот­рел­ся и уви­дел на до­ро­ге боль­шую тол­пу, ко­то­рая шла по скло­ну горы.
35 То­гда Иона­дав ска­зал царю: это идут цар­ские сы­но­вья; как го­во­рил раб твой, так и есть.
35 «Это идут сы­но­вья царя, как и го­во­рил раб твой», — ска­зал Иона­дав царю.
36 И едва толь­ко ска­зал он это, вот при­шли цар­ские сы­но­вья, и под­ня­ли вопль и пла­ка­ли. И сам царь и все слу­ги его пла­ка­ли очень ве­ли­ким пла­чем.
36 Как толь­ко он про­из­нес эти сло­ва, с пла­чем и кри­ком по­яви­лись ца­ре­ви­чи. За­ры­дал и сам царь, и все его при­двор­ные.
37 Авес­са­лом же убе­жал и по­шел к Фал­маю, сыну Еми­уда, царю Гес­сур­ско­му. И пла­кал Да­вид о сыне сво­ем во все дни.
37 Итак, Авес­са­лом бе­жал и при­шел к Тал­ма́ю, сыну Ам­ми­ху́­да, царю Ге­шу́­ра. А Да­вид дол­го еще опла­ки­вал сво­е­го сына.
38 Авес­са­лом убе­жал и при­шел в Гес­сур и про­был там три года.
38 Ко­гда же про­шло три года с тех пор, как Авес­са­лом бе­жал в Ге­шур,
39 И не стал царь Да­вид пре­сле­до­вать Авес­са­ло­ма; ибо уте­шил­ся о смер­ти Ам­но­на.
39 Да­вид пе­ре­стал го­ре­вать о смер­ти Ам­но­на, его гнев утих и про­шло же­ла­ние ото­мстить Авес­са­ло­му.

2 Царств 14

1 И за­ме­тил Иоав, сын Са­руи, что серд­це царя об­ра­ти­лось к Авес­са­ло­му.
1 Иоа́в, сын Це­руи, по­нял, что мыс­ли об Авес­са­ло­ме не остав­ля­ют царя,
2 И по­слал Иоав в Фе­кою, и взял от­ту­да ум­ную жен­щи­ну и ска­зал ей: при­тво­рись пла­чу­щею и на­день пе­чаль­ную одеж­ду, и не мажь­ся еле­ем, и пред­ставь­ся жен­щи­ною, мно­го дней пла­кав­шею по умер­шем;
2 и при­ка­зал при­ве­сти из Те­ко́а муд­рую жен­щи­ну. «При­тво­рись, слов­но у тебя тра­ур, — ска­зал он ей, — на­день тра­ур­ную одеж­ду, не ума­щай­ся, что­бы вы­гля­деть, как буд­то ты уже мно­го дней опла­ки­ва­ешь умер­ше­го.
3 и пой­ди к царю и ска­жи ему так и так. И вло­жил Иоав в уста ее, что ска­зать.
3 Ты вой­дешь к царю и ска­жешь ему сле­ду­ю­щее…» И Иоав на­учил ее, что нуж­но ска­зать.
4 И во­шла жен­щи­на Фе­ко­и­тян­ка к царю и пала ли­цом сво­им на зем­лю, и по­кло­ни­лась и ска­за­ла: по­мо­ги, царь!
4 Жен­щи­на при­шла к царю, по­кло­ни­лась и бро­си­лась пе­ред ним ниц: «По­мо­ги мне, царь!» —
5 И ска­зал ей царь: что тебе? И ска­за­ла она: я вдо­ва, муж мой умер;
5 «Что у тебя за дело?» — спро­сил царь. «Я вдо­ва, мой муж умер, —
6 и у рабы тво­ей было два сына; они по­ссо­ри­лись в поле, и неко­му было раз­нять их, и по­ра­зил один дру­го­го и умерт­вил его.
6 и у меня, рабы тво­ей, было два сына. Од­наж­ды в поле они по­дра­лись, и ни­кто не раз­нял их. Один уда­рил дру­го­го и убил его.
7 И вот, вос­ста­ло все род­ство на рабу твою, и го­во­рят: «от­дай убий­цу бра­та сво­е­го; мы убьем его за душу бра­та его, ко­то­рую он по­гу­бил, и ис­тре­бим даже на­след­ни­ка». И так они по­га­сят осталь­ную ис­кру мою, что­бы не оста­вить мужу мо­е­му име­ни и потом­ства на лицо зем­ли.
7 То­гда весь род опол­чил­ся на твою рабу и тре­бу­ет: „Вы­дай нам бра­то­убий­цу! За то, что он убил сво­е­го бра­та, мы убьем его са­мо­го! За­од­но из­ба­вим­ся от на­след­ни­ка!“ По­га­сят они мой по­след­ний уго­лек — не оста­вят мо­е­му мужу ни име­ни, ни по­том­ка на зем­ле».
8 И ска­зал царь жен­щине: иди спо­кой­но до­мой, я дам при­ка­за­ние о тебе.
8 «Иди до­мой, — ска­зал ей царь, — я рас­по­ря­жусь о тво­ем де­ле».
9 Но жен­щи­на Фе­ко­и­тян­ка ска­за­ла царю: на мне, гос­по­дин мой царь, да бу­дет вина и на доме отца мо­е­го, царь же и пре­стол его непо­ви­нен.
9 Жен­щи­на из Те­коа ска­за­ла: «О гос­по­дин мой, царь! Пусть на меня ля­жет вина за это и на род отца мо­е­го, а царь и пре­стол его — непо­вин­ны!» —
10 И ска­зал царь: того, кто бу­дет про­тив тебя, при­ве­ди ко мне, и он бо­лее не тро­нет тебя.
10 «Ес­ли кто-ни­будь за­го­во­рит с то­бой об этом, при­ве­ди его ко мне, и он не по­тре­во­жит тебя бо­ле­е», — ска­зал царь.
11 Она ска­за­ла: по­мя­ни, царь, Гос­по­да Бога тво­е­го, что­бы не умно­жи­лись мсти­те­ли за кровь и не по­гу­би­ли сына мо­е­го. И ска­зал царь: жив Гос­подь! не па­дет и во­лос сына тво­е­го на зем­лю.
11 «Пусть по­кля­нет­ся царь Гос­по­дом, Бо­гом сво­им, — ска­за­ла она, — что­бы кров­ная месть не при­ба­ви­ла смер­ти к смер­ти, что­бы не уби­ли они мо­е­го сы­на». — «Жив Гос­подь! Ни один во­лос не упа­дет с го­ло­вы тво­е­го сына!»
12 И ска­за­ла жен­щи­на: поз­воль рабе тво­ей ска­зать еще сло­во гос­по­ди­ну мо­е­му царю.
12 То­гда ска­за­ла жен­щи­на: «Поз­воль мне, рабе тво­ей, спро­сить царя, гос­по­ди­на мо­е­го, еще об од­ном?» — «Го­во­ри», — от­ве­тил царь.
13 Он ска­зал: го­во­ри. И ска­за­ла жен­щи­на: по­че­му ты так мыс­лишь про­тив на­ро­да Бо­жия? Царь, про­из­не­ся это сло­во, об­ви­нил себя са­мо­го, по­то­му что не воз­вра­ща­ет из­гнан­ни­ка сво­е­го.
13 «За­чем же ты ре­шил так по­сту­пить с на­ро­дом Бо­жьим! Ведь сло­ва царя слов­но го­во­рят про­тив него са­мо­го, ведь он не вер­нул того, кто из­гнан от него.
14 Мы умрем и бу­дем как вода, вы­ли­тая на зем­лю, ко­то­рую нель­зя со­брать; но Бог не же­ла­ет по­гу­бить душу и по­мыш­ля­ет, как бы не от­верг­нуть от Себя и от­вер­жен­но­го.
14 Мы все умрем. Воду, про­ли­тую на зем­лю, не со­брать об­рат­но. Пусть царь не тос­ку­ет по умер­ше­му, а луч­ше по­ду­ма­ет, как вер­нуть из­гнан­ни­ка.
15 И те­перь я при­шла ска­зать царю, гос­по­ди­ну мо­е­му, эти сло­ва, по­то­му что на­род пу­га­ет меня; и раба твоя ска­за­ла: по­го­во­рю я с ца­рем, не сде­ла­ет ли он по сло­ву рабы сво­ей;
15 И вот я при­шла к царю, мо­е­му гос­по­ди­ну, что­бы рас­ска­зать об этом деле, так как род­ствен­ни­ки угро­жа­ют мне. Раба твоя ду­ма­ла: „Рас­ска­жу царю, мо­жет быть, он по­мо­жет сво­ей рабе.
16 вер­но царь вы­слу­ша­ет и из­ба­вит рабу свою от руки лю­дей, хо­тя­щих ис­тре­бить меня вме­сте с сы­ном моим из на­сле­дия Бо­жия.
16 Царь услы­шит прось­бу мою и спа­сет рабу свою от того, кто хо­чет убить меня и сына мо­е­го и ис­клю­чить нас из вла­де­ния Бо­жье­го“.
17 И ска­за­ла раба твоя: да бу­дет сло­во гос­по­ди­на мо­е­го царя в уте­ше­ние мне, ибо гос­по­дин мой царь, как Ан­гел Бо­жий, и мо­жет вы­слу­шать и доб­рое и ху­дое. И Гос­подь Бог твой бу­дет с то­бою.
17 Ду­ма­ла раба твоя: „Пусть сло­во гос­по­ди­на мо­е­го, царя, при­не­сет мне по­кой, ибо гос­по­дин мой, царь, как ан­гел Бо­жий, — от­ли­ча­ет доб­рое от зло­го“. Гос­подь, Бог твой, да бу­дет с то­бой!»
18 И от­ве­чал царь и ска­зал жен­щине: не скрой от меня, о чем я спро­шу тебя. И ска­за­ла жен­щи­на: го­во­ри, гос­по­дин мой царь.
18 Царь от­ве­чал ей: «Я за­дам тебе во­прос, не скры­вай от меня ни­че­го». — «С­пра­ши­вай, гос­по­дин мой, ца­рь», — ска­за­ла она.
19 И ска­зал царь: не рука ли Ио­ава во всем этом с то­бою? И от­ве­ча­ла жен­щи­на и ска­за­ла: да жи­вет душа твоя, гос­по­дин мой царь; ни на­пра­во, ни на­ле­во нель­зя укло­нить­ся от того, что ска­зал гос­по­дин мой, царь; точ­но, раб твой Иоав при­ка­зал мне, и он вло­жил в уста рабы тво­ей все эти сло­ва;
19 «Это Иоав на­до­умил тебя?» — «К­ля­нусь тво­ей жиз­нью, во всех сло­вах сво­их не мо­жет царь, гос­по­дин мой, оши­бить­ся! Это раб твой Иоав, он при­ка­зал мне. Он на­учил рабу твою, что ска­зать.
20 что­бы прит­чею дать делу та­кой вид, раб твой Иоав на­учил меня; но гос­по­дин мой мудр, как мудр Ан­гел Бо­жий, что­бы знать все, что на зем­ле.
20 Что­бы не го­во­рить на­пря­мую, раб твой Иоав под­стро­ил все это, но мой гос­по­дин мудр, слов­но Бо­жий ан­гел, и зна­ет все, что про­ис­хо­дит на этой зем­ле».
21 И ска­зал царь Ио­аву: вот, я сде­лал по сло­ву тво­е­му; пой­ди же, воз­вра­ти от­ро­ка Авес­са­ло­ма.
21 «Я сде­лаю так, как ты пред­ла­га­ешь, — ска­зал царь Ио­аву. — Иди и при­ве­ди маль­чи­ка мо­е­го Авес­са­ло­ма».
22 То­гда Иоав пал ли­цом на зем­лю и по­кло­нил­ся, и бла­го­сло­вил царя и ска­зал: те­перь зна­ет раб твой, что об­рел бла­го­во­ле­ние пред оча­ми тво­и­ми, гос­по­дин мой царь, так как царь сде­лал по сло­ву раба сво­е­го.
22 Иоав пал ниц, по­кло­нил­ся до зем­ли и бла­го­сло­вил царя: «Се­год­ня узнал раб твой, что снис­кал ми­лость у гос­по­ди­на мо­е­го, царя, ко­то­рый по­сту­пил так, как за­ду­мал раб твой».
23 И встал Иоав, и по­шел в Гес­сур, и при­вел Авес­са­ло­ма в Иеру­са­лим.
23 Иоав от­пра­вил­ся в Ге­шур и при­вел Авес­са­ло­ма в Иеру­са­лим.
24 И ска­зал царь: пусть он воз­вра­тит­ся в дом свой, а лица мо­е­го не ви­дит. И по­шел Авес­са­лом в свой дом, а лица цар­ско­го не ви­дал.
24 «Пусть он жи­вет в сво­ем доме, но лица мо­е­го он не уви­ди­т», — ска­зал царь. Авес­са­лом жил сам по себе и не был до­пу­щен к цар­ско­му дво­ру.
25 Не было во всем Из­ра­и­ле муж­чи­ны столь кра­си­во­го, как Авес­са­лом, и столь­ко хва­ли­мо­го, как он; от по­дош­вы ног до вер­ха го­ло­вы его не было у него недо­стат­ка.
25 Не было в Из­ра­и­ле муж­чи­ны, ко­то­рый по кра­со­те счи­тал­ся бы рав­ным Авес­са­ло­му. От ступ­ней ног и до ма­куш­ки го­ло­вы не было в нем изъ­я­на.
26 Ко­гда он стриг го­ло­ву свою, - а он стриг ее каж­дый год, по­то­му что она отя­го­ща­ла его, - то во­ло­са с го­ло­вы его ве­си­ли две­сти си­клей по весу цар­ско­му.
26 Ко­гда он обри­вал го­ло­ву — де­лать это при­хо­ди­лось каж­дый год, ина­че во­ло­сы ста­но­ви­лись слиш­ком тя­же­лы­ми — то вес сбри­тых во­лос со­став­лял две­сти цар­ских ше­ке­лей.
27 И ро­ди­лись у Авес­са­ло­ма три сына и одна дочь, по име­ни Фа­марь; она была жен­щи­на кра­си­вая.
27 Трое сы­но­вей ро­ди­лись у Авес­са­ло­ма и одна дочь — кра­са­ви­ца Та­мар.
28 И оста­вал­ся Авес­са­лом в Иеру­са­ли­ме два года, а лица цар­ско­го не ви­дал.
28 Авес­са­лом про­жил в Иеру­са­ли­ме два года, но так и не был до­пу­щен к царю.
29 И по­слал Авес­са­лом за Ио­авом, что­бы по­слать его к царю, но тот не за­хо­тел прид­ти к нему. По­слал и в дру­гой раз; но тот не за­хо­тел прид­ти.
29 То­гда он по­слал за Ио­авом, что­бы от­пра­вить его к царю, но Иоав от­ка­зал­ся прий­ти к Авес­са­ло­му; по­слал он за ним вто­рой раз, но тот сно­ва не при­шел.
30 И ска­зал Авес­са­лом слу­гам сво­им: ви­ди­те уча­сток поля Ио­ава под­ле мо­е­го, и у него там яч­мень; пой­ди­те, вы­жги­те его ог­нем. И вы­жгли слу­ги Авес­са­ло­ма тот уча­сток поля ог­нем.
30 То­гда он при­ка­зал сво­им лю­дям: «Смот­ри­те, тут ря­дом — яч­мен­ное поле Ио­ава. Иди­те по­до­жги­те его!» И они по­до­жгли поле.
31 И встал Иоав, и при­шел к Авес­са­ло­му в дом, и ска­зал ему: за­чем слу­ги твои вы­жгли мой уча­сток ог­нем?
31 Иоав при­шел до­мой к Авес­са­ло­му. «За­чем твои люди вы­жгли мое поле?!» — ска­зал он.
32 И ска­зал Авес­са­лом Ио­аву: вот, я по­сы­лал за то­бою, го­во­ря: при­ди сюда, и я по­шлю тебя к царю ска­зать: за­чем я при­шел из Гес­су­ра? Луч­ше было бы мне оста­вать­ся там. Я хочу уви­деть лицо царя. Если же я ви­но­ват, то убей меня.
32 Авес­са­лом от­ве­чал: «Я по­сы­лал за то­бой и звал тебя к себе, что­бы пе­ре­дать че­рез тебя царю: „За­чем при­шел я из Ге­шу­ра? Луч­ше бы я там и оста­вал­ся“. Я хочу пред­стать пе­ред ца­рем! И если я ви­но­ват, пусть он каз­нит ме­ня».
33 И по­шел Иоав к царю и пе­ре­ска­зал ему это. И по­звал царь Авес­са­ло­ма; он при­шел к царю, и пал ли­цом сво­им на зем­лю пред ца­рем; и по­це­ло­вал царь Авес­са­ло­ма.
33 Ко­гда Иоав пе­ре­дал царю эти сло­ва, царь при­звал к себе Авес­са­ло­ма. Тот при­шел и по­кло­нил­ся царю до зем­ли, а царь по­це­ло­вал Авес­са­ло­ма.