План победы

«План победы» 2026Все планы
Притч 1, Откр 7, Есф 7, 8

Притчи 1

1 Прит­чи Со­ло­мо­на, сына Да­ви­до­ва, царя Из­ра­иль­ско­го,
1 Прит­чи Со­ло­мо́­на, сына Да­ви­до­ва, царя Из­ра́и­ля —
2 что­бы по­знать муд­рость и на­став­ле­ние, по­нять из­ре­че­ния ра­зу­ма;
2 тем, кто хо­чет по­стичь муд­рость и на­став­ле­ние, и по­нять суть ра­зум­ных из­ре­че­ний,
3 усво­ить пра­ви­ла бла­го­ра­зу­мия, пра­во­су­дия, суда и право­ты;
3 усво­ить пра­ви­ла бла­го­ра­зу­мия, пра­вед­но­сти, спра­вед­ли­во­сти и чест­но­сти;
4 про­стым дать смыш­ле­ность, юно­ше - зна­ние и рас­су­ди­тель­ность;
4 про­сто­душ­ным — что­бы до­ба­вить им со­об­ра­же­ния, и юно­шам — ради зна­ния и про­зор­ли­во­сти.
5 по­слу­ша­ет муд­рый - и умно­жит по­зна­ния, и ра­зум­ный най­дет муд­рые со­ве­ты;
5 Да и муд­рый, услы­шав, при­умно­жит зна­ния, и ра­зум­ный че­ло­век най­дет под­сказ­ку,
6 что­бы ра­зу­меть прит­чу и за­мыс­ло­ва­тую речь, сло­ва муд­ре­цов и за­гад­ки их.
6 как по­ни­мать ино­ска­за­ния и прит­чи, из­ре­че­ния муд­ре­цов и их за­гад­ки.
7 На­ча­ло муд­ро­сти - страх Гос­по­день; глуп­цы толь­ко пре­зи­ра­ют муд­рость и на­став­ле­ние.
7 Гос­по­да бо­ять­ся — вот в чем на­ча­ло по­зна­ния! Кто пре­зи­ра­ет муд­рость и на­став­ле­ние — глу­пец.
8 Слу­шай, сын мой, на­став­ле­ние отца тво­е­го и не от­вер­гай за­ве­та ма­те­ри тво­ей,
8 Вы­слу­шай, сын, на­став­ле­ние отца и не от­верг­ни ма­те­рин­ско­го на­ка­за;
9 по­то­му что это - пре­крас­ный ве­нок для го­ло­вы тво­ей и укра­ше­ние для шеи тво­ей.
9 это — ве­ли­ко­леп­ный ве­нец на гла­ву твою, оже­ре­лье тебе на шею.
10 Сын мой! если бу­дут скло­нять тебя греш­ни­ки, не со­гла­шай­ся;
10 Сын мой, если по­ма­нят тебя греш­ни­ки, не ходи.
11 если бу­дут го­во­рить: «иди с нами, сде­ла­ем за­са­ду для убий­ства, под­сте­ре­жем непо­роч­но­го без вины,
11 Они ска­жут: «Пой­дем с нами, устро­им за­са­ду, убий­ство, под­сте­ре­жем неви­нов­ных!
12 жи­вых про­гло­тим их, как пре­ис­под­няя, и - це­лых, как нис­хо­дя­щих в мо­ги­лу;
12 Мы, как Шеол, их жи­вьем по­гло­тим, це­ли­ком — как по­кой­ни­ков мо­ги­ла.
13 на­бе­рем вся­ко­го дра­го­цен­но­го иму­ще­ства, на­пол­ним домы наши до­бы­чею;
13 Вся­ко­го бо­гат­ства на­гра­бим, на­пол­ним свои дома до­бы­чей;
14 жре­бий твой ты бу­дешь бро­сать вме­сте с нами, склад один бу­дет у всех нас», -
14 вме­сте с нами бро­сать бу­дешь жре­бий, по­ров­ну раз­де­лим до­бы­чу!»
15 сын мой! не ходи в путь с ними, удер­жи ногу твою от сте­зи их,
15 Сын мой, с ними не ходи по до­ро­ге, на их путь сту­пить осте­ре­гай­ся,
16 по­то­му что ноги их бе­гут ко злу и спе­шат на про­ли­тие кро­ви.
16 по­то­му что бе­гут они ко злу и спе­шат к кро­во­про­ли­тию.
17 В гла­зах всех птиц на­прас­но рас­став­ля­ет­ся сеть,
17 Смыс­ла нет рас­ки­ды­вать сеть на виду у пор­ха­ю­щих птиц;
18 а де­ла­ют за­са­ду для их кро­ви и под­сте­ре­га­ют их души.
18 так и греш­ни­ки, под­сте­ре­гая в за­са­де, по­гу­бят сами себя.
19 Та­ко­вы пути вся­ко­го, кто ал­чет чу­жо­го добра: оно от­ни­ма­ет жизнь у за­вла­дев­ше­го им.
19 Та­ков ко­нец го­ло­во­ре­за: соб­ствен­ную го­ло­ву он сло­жит.
20 Пре­муд­рость воз­гла­ша­ет на ули­це, на пло­ща­дях воз­вы­ша­ет го­лос свой,
20 Пре­муд­рость на ули­це вос­кли­ца­ет, на пло­ща­дях воз­вы­ша­ет го­лос;
21 в глав­ных ме­стах со­бра­ний про­по­ве­ду­ет, при вхо­дах в го­род­ские во­ро­та го­во­рит речь свою:
21 в шум­ной тол­пе взы­ва­ет, у го­род­ских во­рот дер­жит речь:
22 «до­ко­ле, невеж­ды, бу­де­те лю­бить неве­же­ство? до­ко­ле буй­ные бу­дут услаж­дать­ся буй­ством? до­ко­ле глуп­цы бу­дут нена­ви­деть зна­ние?
22 «Сколь­ко мож­но про­ста­кам кос­неть в про­сто­те, наг­лым — наг­ло­стью те­шить­ся, глуп­цам — нена­ви­деть зна­ние?
23 Об­ра­ти­тесь к мо­е­му об­ли­че­нию: вот, я изо­лью на вас дух мой, воз­ве­щу вам сло­ва мои.
23 Обер­ни­тесь на мой упрек — изо­лью на вас мой дух и по­ве­даю вам мое сло­во.
24 Я зва­ла, и вы не по­слу­ша­лись; про­сти­ра­ла руку мою, и не было вни­ма­ю­ще­го;
24 Я по­зва­ла — а вы от­вер­ну­лись; про­тя­ну­ла руку — но ни­кто не за­ме­ча­ет.
25 и вы от­верг­ли все мои со­ве­ты, и об­ли­че­ний моих не при­ня­ли.
25 Вы от­верг­ли все мои со­ве­ты и не при­ня­ли моих упре­ков.
26 За то и я по­сме­юсь ва­шей по­ги­бе­ли; по­ра­ду­юсь, ко­гда при­дет на вас ужас;
26 Что ж, и я над ва­шей бе­дой по­сме­юсь, по­из­де­ва­юсь, ко­гда на­стиг­нет вас ужас!
27 ко­гда при­дет на вас ужас, как буря, и беда, как вихрь, при­не­сет­ся на вас; ко­гда по­стиг­нет вас скорбь и тес­но­та.
27 Как буря, при­дет к вам ужас, и беда, как ура­ган, на­гря­нет; при­да­вят вас гнет и бре­мя.
28 То­гда бу­дут звать меня, и я не услы­шу; с утра бу­дут ис­кать меня, и не най­дут меня.
28 То­гда по­зо­вут меня — и не от­ве­чу, разыс­ки­вать бу­дут — и не най­дут.
29 За то, что они воз­не­на­ви­де­ли зна­ние и не из­бра­ли для себя стра­ха Гос­под­ня,
29 За то, что они воз­не­на­ви­де­ли зна­ние и от­верг­ли страх Гос­по­день,
30 не при­ня­ли со­ве­та мо­е­го, пре­зре­ли все об­ли­че­ния мои;
30 не при­ня­ли мой со­вет, пре­зре­ли все мои на­став­ле­ния, —
31 за то и бу­дут они вку­шать от пло­дов пу­тей сво­их и на­сы­щать­ся от по­мыс­лов их.
31 вку­сят они пло­ды сво­их дел, за­мыс­ла­ми сво­и­ми на­сы­тят­ся.
32 По­то­му что упор­ство невежд убьет их, и бес­печ­ность глуп­цов по­гу­бит их,
32 По­то­му что про­ста­ков по­гу­бит свое­нра­вие, глуп­цов под­ве­дет их бес­печ­ность.
33 а слу­ша­ю­щий меня бу­дет жить без­опас­но и спо­кой­но, не стра­шась зла».
33 А кто слу­ша­ет меня, бу­дет жить спо­кой­но, не стра­шась ни­ка­кой бе­ды».

Откровение 7

1 И по­сле сего ви­дел я че­ты­рех Ан­ге­лов, сто­я­щих на че­ты­рех уг­лах зем­ли, дер­жа­щих че­ты­ре вет­ра зем­ли, что­бы не дул ве­тер ни на зем­лю, ни на море, ни на ка­кое де­ре­во.
1 По­том я уви­дел че­ты­рех ан­ге­лов, сто­яв­ших на че­ты­рех кон­цах зем­ли. Они удер­жи­ва­ли че­ты­ре зем­ных вет­ра, не да­вая им дуть ни на зем­лю, ни на море, ни на де­ре­вья.
2 И ви­дел я ино­го Ан­ге­ла, вос­хо­дя­ще­го от во­сто­ка солн­ца и име­ю­ще­го пе­чать Бога жи­во­го. И вос­клик­нул он гром­ким го­ло­сом к че­ты­рем Ан­ге­лам, ко­то­рым дано вре­дить зем­ле и морю, го­во­ря:
2 Я уви­дел, как еще один ан­гел под­ни­ма­ет­ся с во­сто­ка, дер­жа пе­чать Жи­во­го Бога. Он крик­нул гром­ким го­ло­сом че­ты­рем ан­ге­лам, ко­то­рым дано вре­дить зем­ле и морю:
3 не де­лай­те вре­да ни зем­ле, ни морю, ни де­ре­вам, до­ко­ле не по­ло­жим пе­ча­ти на че­лах ра­бов Бога на­ше­го.
3 «Не вре­ди­те ни зем­ле, ни морю, ни де­ре­вьям, пока мы не от­ме­тим пе­ча­тью лица слу­жи­те­лей на­ше­го Бога!»
4 И я слы­шал чис­ло за­пе­чат­лен­ных: за­пе­чат­лен­ных было сто со­рок че­ты­ре ты­ся­чи из всех ко­лен сы­нов Из­ра­и­ле­вых.
4 И я услы­шал, что чис­ло от­ме­чен­ных пе­ча­тью было сто со­рок че­ты­ре ты­ся­чи. Столь­ко было от­ме­че­но пе­ча­тью из всех пле­мен сы­нов Из­ра­и­ля.
5 Из ко­ле­на Иуди­на за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Ру­ви­мо­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Га­до­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч;
5 Из пле­ме­ни Иуды от­ме­чен­ных пе­ча­тью две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Ру­ви­ма две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Га́­да две­на­дцать ты­сяч,
6 из ко­ле­на Аси­ро­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Неф­фа­ли­мо­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Ма­нас­си­и­на за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч;
6 из пле­ме­ни Аси­ра две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Неф­фа­ли­ма две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Ма­нас­сии две­на­дцать ты­сяч,
7 из ко­ле­на Си­мео­но­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Ле­ви­и­на за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Ис­са­ха­ро­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч;
7 из пле­ме­ни Си­мео́­на две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Ле­вия две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Ис­са­ха́­ра две­на­дцать ты­сяч,
8 из ко­ле­на За­ву­ло­но­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Иоси­фо­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч; из ко­ле­на Ве­ни­а­ми­но­ва за­пе­чат­ле­но две­на­дцать ты­сяч.
8 из пле­ме­ни За­ву­ло́­на две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Иоси­фа две­на­дцать ты­сяч, из пле­ме­ни Ве­ни­а­ми­на две­на­дцать ты­сяч.
9 По­сле сего взгля­нул я, и вот, ве­ли­кое мно­же­ство лю­дей, ко­то­ро­го ни­кто не мог пе­ре­честь, из всех пле­мен и ко­лен, и на­ро­дов и язы­ков, сто­я­ло пред пре­сто­лом и пред Агн­цем в бе­лых одеж­дах и с паль­мо­вы­ми вет­вя­ми в ру­ках сво­их.
9 По­том я уви­дел: вот огром­ная — ни­ко­му не со­счи­тать! — тол­па из раз­ных на­ро­дов, пле­мен, ро­дов и на­ре­чий сто­ит пе­ред пре­сто­лом и Яг­нен­ком в бе­лых одеж­дах и с паль­мо­вы­ми вет­вя­ми в ру­ках;
10 И вос­кли­ца­ли гром­ким го­ло­сом, го­во­ря: спа­се­ние Богу на­ше­му, си­дя­ще­му на пре­сто­ле, и Агн­цу!
10 они гром­ки­ми го­ло­са­ми вос­кли­ца­ют: «С­па­се­ние у Бога на­ше­го, си­дя­ще­го на пре­сто­ле, и у Яг­нен­ка!»
11 И все Ан­ге­лы сто­я­ли во­круг пре­сто­ла и стар­цев и че­ты­рех жи­вот­ных, и пали пе­ред пре­сто­лом на лица свои, и по­кло­ни­лись Богу,
11 И все ан­ге­лы, сто­яв­шие во­круг пре­сто­ла, ста­рей­шин и че­ты­рех су­ществ, пали ниц пе­ред пре­сто­лом и пре­кло­ни­лись пе­ред Бо­гом,
12 го­во­ря: аминь! бла­го­сло­ве­ние и сла­ва, и пре­муд­рость и бла­го­да­ре­ние, и честь и сила и кре­пость Богу на­ше­му во веки ве­ков! Аминь.
12 го­во­ря: «А­минь! Во­ис­ти­ну бла­го­сло­ве­ние и сла­ва, муд­рость, бла­го­дар­ность, честь, сила и мо­гу­ще­ство у Бога на­ше­го во веки ве­ков. Аминь».
13 И, на­чав речь, один из стар­цев спро­сил меня: сии об­ле­чен­ные в бе­лые одеж­ды кто, и от­ку­да при­шли?
13 Один из ста­рей­шин спро­сил меня: «Эти люди в бе­лых одеж­дах, кто они и от­ку­да при­шли?»
14 Я ска­зал ему: ты зна­ешь, гос­по­дин. И он ска­зал мне: это те, ко­то­рые при­шли от ве­ли­кой скор­би; они омы­ли одеж­ды свои и убе­ли­ли одеж­ды свои Кро­вию Агн­ца.
14 «Гос­по­дин мой, это зна­ешь ты!» — от­ве­тил я. Он ска­зал мне: «Это те, кто вы­шли из ве­ли­ких бед­ствий. Они вы­мы­ли свои одеж­ды и вы­бе­ли­ли их в кро­ви Яг­нен­ка.
15 За это они пре­бы­ва­ют ныне пе­ред пре­сто­лом Бога и слу­жат Ему день и ночь в хра­ме Его, и Си­дя­щий на пре­сто­ле бу­дет оби­тать в них.
15 По­то­му они пе­ред пре­сто­лом у Бога и слу­жат Ему день и ночь в Его Хра­ме, а Си­дя­щий на пре­сто­ле рас­ки­нет над ними ша­тер Свой:
16 Они не бу­дут уже ни ал­кать, ни жаж­дать, и не бу­дет па­лить их солн­це и ни­ка­кой зной:
16 и уже ни­ко­гда не узна­ют они ни жаж­ды, ни го­ло­да, не опа­лит их солн­це, не по­ра­зит их зной,
17 ибо Аг­нец, Ко­то­рый сре­ди пре­сто­ла, бу­дет па­сти их и во­дить их на жи­вые ис­точ­ни­ки вод; и отрет Бог вся­кую сле­зу с очей их.
17 по­то­му что Яг­не­нок с вер­ши­ны пре­сто­ла бу­дет па­сти их и по­ве­дет к ис­точ­ни­кам, воду жиз­ни несу­щим. И отрет Бог с их глаз каж­дую сле­зин­ку».

Есфирь 7

1 И при­шел царь с Ама­ном пи­ро­вать у Ес­фи­ри ца­ри­цы.
1 При­шли царь и Аман пи­ро­вать с ца­ри­цей Эс­фи­рью.
2 И ска­зал царь Ес­фи­ри так­же и в этот вто­рой день во вре­мя пира: ка­кое же­ла­ние твое, ца­ри­ца Ес­фирь? оно бу­дет удо­вле­тво­ре­но; и ка­кая прось­ба твоя? хотя бы до по­лу­цар­ства, она бу­дет ис­пол­не­на.
2 И сно­ва, как на­ка­нуне, они вы­пи­ли вина и царь ска­зал Эс­фи­ри: «О чем ты про­сишь, ца­ри­ца Эс­фирь? Ты по­лу­чишь все. Ка­кая у тебя прось­ба? Про­си хоть пол­цар­ства — все бу­дет ис­пол­не­но».
3 И от­ве­ча­ла ца­ри­ца Ес­фирь и ска­за­ла: если я на­шла бла­го­во­ле­ние в очах тво­их, царь, и если царю бла­го­угод­но, то да бу­дут да­ро­ва­ны мне жизнь моя, по же­ла­нию мо­е­му, и на­род мой, по прось­бе моей!
3 Ца­ри­ца Эс­фирь от­ве­ти­ла: «Ес­ли я снис­ка­ла ми­лость твою, о царь, если царю угод­но, пусть со­хра­нят жизнь мою — вот о чем я про­шу! Пусть со­хра­нят на­род мой — вот о чем я молю!
4 Ибо про­да­ны мы, я и на­род мой, на ис­треб­ле­ние, уби­е­ние и по­ги­бель. Если бы мы про­да­ны были в рабы и ра­бы­ни, я мол­ча­ла бы, хотя враг не воз­на­гра­дил бы ущер­ба царя.
4 По­то­му что про­да­ны мы — и я, и мой на­род — пре­да­ны на ис­треб­ле­ние, на из­би­е­ние, на ги­бель! Если бы нас со­би­ра­лись про­дать в раб­ство, сде­лать ра­ба­ми и ра­бы­ня­ми, я бы смол­ча­ла — даже из-за та­кой беды не по­до­ба­ло бы бес­по­ко­ить царя!»
5 И от­ве­чал царь Ар­так­серкс и ска­зал ца­ри­це Ес­фи­ри: кто это та­кой, и где тот, ко­то­рый от­ва­жил­ся в серд­це сво­ем сде­лать так?
5 Царь Ар­так­серкс стал рас­спра­ши­вать ца­ри­цу Эс­фирь: «Кто же это? Где он? Кто сме­ет тво­рить та­кое?»
6 И ска­за­ла Ес­фирь: враг и непри­я­тель - этот злоб­ный Аман! И Аман за­тре­пе­тал пред ца­рем и ца­ри­цею.
6 От­ве­ча­ла Эс­фирь: «Он, враг и недруг! Вот этот зло­дей Аман!» И Ама­на охва­тил ужас пе­ред ца­рем и ца­ри­цей.
7 И царь встал во гне­ве сво­ем с пира и по­шел в сад при двор­це; Аман же остал­ся умо­лять о жиз­ни сво­ей ца­ри­цу Ес­фирь, ибо ви­дел, что опре­де­ле­на ему злая участь от царя.
7 Царь в гне­ве по­ки­нул пир и вы­шел в двор­цо­вый сад, а Аман остал­ся, что­бы вы­мо­лить себе жизнь у ца­ри­цы Эс­фи­ри: он ви­дел, что царь уже ре­шил его участь.
8 Ко­гда царь воз­вра­тил­ся из сада при двор­це в дом пира, Аман был при­пав­шим к ложу, на ко­то­ром на­хо­ди­лась Ес­фирь. И ска­зал царь: даже и на­си­ло­вать ца­ри­цу хо­чет в доме у меня! Сло­во вы­шло из уст царя, - и на­кры­ли лицо Ама­ну.
8 Царь воз­вра­тил­ся из двор­цо­во­го сада в пир­ше­ствен­ный чер­тог и уви­дел, что Аман при­пал к ложу, на ко­то­ром воз­ле­жит Эс­фирь. Царь вос­клик­нул: «Еще и на ца­ри­цу по­ся­гать, при мне, в этом доме!» Ска­зал царь сло­во — и за­кры­ли лицо Ама­ну.
9 И ска­зал Хар­бо­на, один из ев­ну­хов при царе: вот и де­ре­во, ко­то­рое при­го­то­вил Аман для Мар­до­хея, го­во­рив­ше­го доб­рое для царя, сто­ит у дома Ама­на, вы­ши­ною в пять­де­сят лок­тей. И ска­зал царь: по­весь­те его на нем.
9 То­гда Хар­во­на́, один из ев­ну­хов, со­сто­яв­ших при царе, ска­зал: «А ведь Аман ве­лел уста­но­вить столб для Мар­до­хея, чьи сло­ва со­слу­жи­ли царю доб­рую служ­бу, — и этот столб, вы­со­той в пять­де­сят лок­тей, уже сто­ит у дома Ама­на!» Царь ве­лел: «Там его и по­ве­сить!»
10 И по­ве­си­ли Ама­на на де­ре­ве, ко­то­рое он при­го­то­вил для Мар­до­хея. И гнев царя утих.
10 И по­ве­си­ли тело Ама­на на том са­мом стол­бе, что он при­го­то­вил для Мар­до­хея. И гнев царя утих.

Есфирь 8

1 В тот день царь Ар­так­серкс от­дал ца­ри­це Ес­фи­ри дом Ама­на, вра­га Иуде­ев; а Мар­до­хей во­шел пред лицо царя, ибо Ес­фирь объ­яви­ла, что он для нее.
1 В тот день царь Ар­так­серкс от­дал ца­ри­це Эс­фи­ри все иму­ще­ство Ама­на, вра­га иуде­ев. И пред­стал пе­ред ца­рем Мар­до­хей (Эс­фирь рас­ска­за­ла, кем он ей при­хо­дит­ся).
2 И снял царь пер­стень свой, ко­то­рый он от­нял у Ама­на, и от­дал его Мар­до­хею; Ес­фирь же по­ста­ви­ла Мар­до­хея смот­ри­те­лем над до­мом Ама­на.
2 Царь снял свой пер­стень, ко­то­рый он за­брал у Ама­на, и от­дал Мар­до­хею. А Эс­фирь по­ру­чи­ла Мар­до­хею управ­лять до­сто­я­ни­ем Ама­на.
3 И про­дол­жа­ла Ес­фирь го­во­рить пред ца­рем и пала к но­гам его, и пла­ка­ла и умо­ля­ла его от­вра­тить зло­бу Ама­на Ву­ге­я­ни­на и за­мы­сел его, ко­то­рый он за­мыс­лил про­тив Иуде­ев.
3 И сно­ва Эс­фирь об­ра­ти­лась к царю: упав к его но­гам, она со сле­за­ми умо­ля­ла царя не до­пу­стить, что­бы ис­пол­ни­лась злая воля Ама­на-ага­ге­я­ни­на и его злой за­мы­сел про­тив иуде­ев.
4 И про­стер царь к Ес­фи­ри зо­ло­той ски­петр; и под­ня­лась Ес­фирь, и ста­ла пред ли­цом царя,
4 Царь про­тя­нул в сто­ро­ну Эс­фи­ри зо­ло­той жезл. Эс­фирь под­ня­лась, вста­ла пе­ред ца­рем
5 и ска­за­ла: если царю бла­го­угод­но, и если я на­шла бла­го­во­ле­ние пред ли­цом его, и спра­вед­ли­во дело сие пред ли­цом царя, и нрав­люсь я очам его, то пусть было бы на­пи­са­но, что­бы воз­вра­ще­ны были пись­ма по за­мыс­лу Ама­на, сына Ама­да­фа, Ву­ге­я­ни­на, пи­сан­ные им об ис­треб­ле­нии Иуде­ев во всех об­ла­стях царя;
5 и ска­за­ла: «Ес­ли царю угод­но, если я снис­ка­ла его ми­лость, если царь со­чтет пра­виль­ным, если я удо­сто­и­лась его бла­го­во­ле­ния, то пусть бу­дет на­пи­са­но рас­по­ря­же­ние об от­мене того ука­за, что Аман, сын Хам­ме­да­ты-ага­ге­я­ни­на, на­пи­сал, за­мыс­лив ис­тре­бить иуде­ев во всех вла­де­ни­ях царя.
6 ибо, как я могу ви­деть бед­ствие, ко­то­рое по­стиг­нет на­род мой, и как я могу ви­деть по­ги­бель род­ных моих?
6 Могу ли я спо­кой­но смот­реть, как беда на­дви­га­ет­ся на мой на­род, могу ли гля­деть, как гиб­нет род мой?»
7 И ска­зал царь Ар­так­серкс ца­ри­це Ес­фи­ри и Мар­до­хею Иуде­я­ни­ну: вот, я дом Ама­на от­дал Ес­фи­ри, и его са­мо­го по­ве­си­ли на де­ре­ве за то, что он на­ла­гал руку свою на Иуде­ев;
7 Царь Ар­так­серкс ска­зал ца­ри­це Эс­фи­ри и иудею Мар­до­хею: «Что ж, все до­сто­я­ние Ама­на я пе­ре­дал Эс­фи­ри, а его са­мо­го по­ве­си­ли на стол­бе, за то что он хо­тел рас­пра­вить­ся с иуде­я­ми.
8 на­пи­ши­те и вы о Иуде­ях, что вам угод­но, от име­ни царя и скре­пи­те цар­ским перст­нем, ибо пись­ма, на­пи­сан­но­го от име­ни царя и скреп­лен­но­го перст­нем цар­ским, нель­зя из­ме­нить.
8 Те­перь вы, от име­ни царя, на­пи­ши­те об иуде­ях указ, ка­кой со­чте­те нуж­ным, и за­пе­ча­тай­те цар­ским перст­нем. Указ, на­пи­сан­ный от име­ни царя и за­пе­ча­тан­ный цар­ским перст­нем, непре­ло­жен».
9 И по­зва­ны были то­гда цар­ские пис­цы в тре­тий ме­сяц, то есть в ме­сяц Си­ван, в два­дцать тре­тий день его, и на­пи­са­но было все так, как при­ка­зал Мар­до­хей, к Иуде­ям, и к са­тра­пам, и об­ла­сте­на­чаль­ни­кам, и пра­ви­те­лям об­ла­стей от Ин­дии до Ефи­о­пии, ста два­дца­ти семи об­ла­стей, в каж­дую об­ласть пись­ме­на­ми ее и к каж­до­му на­ро­ду на язы­ке его, и к Иуде­ям пись­ме­на­ми их и на язы­ке их.
9 И то­гда, в тре­тьем ме­ся­це, то есть в ме­ся­це си­ва́н, два­дцать тре­тье­го чис­ла, вы­зва­ли цар­ских пис­цов и был со­став­лен но­вый указ, в точ­но­сти как рас­по­ря­дил­ся Мар­до­хей, — по­сла­ние всем иуде­ям, а так­же са­тра­пам, на­мест­ни­кам и пра­ви­те­лям всех ста два­дца­ти семи об­ла­стей, от Ин­дии до Куша, в каж­дую об­ласть мест­ны­ми пись­ме­на­ми, каж­до­му на­ро­ду на его язы­ке, и иуде­ям — их пись­ме­на­ми и на их язы­ке.
10 И на­пи­сал он от име­ни царя Ар­так­серк­са, и скре­пил цар­ским перст­нем, и по­слал пись­ма чрез гон­цов на ко­нях, на дро­ма­де­рах и му­лах цар­ских,
10 Этот указ, со­став­лен­ный от име­ни царя Ар­так­серк­са и за­пе­ча­тан­ный перст­нем царя, был разо­слан с кон­ны­ми гон­ца­ми на луч­ших ска­ку­нах из цар­ских ко­ню­шен.
11 о том, что царь поз­во­ля­ет Иуде­ям, на­хо­дя­щим­ся во вся­ком го­ро­де, со­брать­ся и стать на за­щи­ту жиз­ни сво­ей, ис­тре­бить, убить и по­гу­бить всех силь­ных в на­ро­де и в об­ла­сти, ко­то­рые во враж­де с ними, де­тей и жен, и име­ние их раз­гра­бить,
11 Этим ука­зом царь раз­ре­шал иуде­ям в каж­дом из го­ро­дов со­брать­ся и по­сто­ять за себя: ис­тре­бить, пе­ре­бить и уни­что­жить в каж­дом пле­ме­ни и в каж­дой об­ла­сти вся­кое сбо­ри­ще, что опол­чит­ся на них, с детьми их и же­на­ми, а иму­ще­ство вра­гов раз­гра­бить —
12 в один день по всем об­ла­стям царя Ар­так­серк­са, в три­на­дца­тый день две­на­дца­то­го ме­ся­ца, то есть ме­ся­ца Ада­ра.
12 во всех вла­де­ни­ях царя Ар­так­серк­са в один и тот же день, три­на­дца­то­го чис­ла две­на­дца­то­го ме­ся­ца, то есть ме­ся­ца ада́р.
13 Спи­сок с сего ука­за от­дать в каж­дую об­ласть, как за­кон, объ­яв­ля­е­мый для всех на­ро­дов, чтоб Иудеи го­то­вы были к тому дню мстить вра­гам сво­им.
13 Та­кие гра­мо­ты, име­ю­щие силу за­ко­на, пред­пи­сы­ва­лось огла­сить по всем об­ла­стям, всем на­ро­дам, что­бы иудеи были го­то­вы к это­му дню, что­бы при­го­то­ви­лись они рас­кви­тать­ся с вра­га­ми.
14 Гон­цы, по­ехав­шие вер­хом на быст­рых ко­нях цар­ских, по­гна­ли ско­ро и по­спеш­но, с цар­ским по­ве­ле­ни­ем. Объ­яв­лен был указ и в Сузах, пре­столь­ном го­ро­де.
14 Гон­цы на ко­нях из цар­ских ко­ню­шен по­мча­лись немед­ля, по ве­ле­нию царя. Указ был огла­шен в кре­по­сти го­ро­да Сузы.
15 И Мар­до­хей вы­шел от царя в цар­ском оде­я­нии яхон­то­во­го и бе­ло­го цве­та и в боль­шом зо­ло­том вен­це, и в ман­тии вис­сон­ной и пур­пу­ро­вой. И го­род Сузы воз­ве­се­лил­ся и воз­ра­до­вал­ся.
15 Мар­до­хей вы­шел от царя в цар­ском оде­я­нии из ли­ло­вой шер­сти и тон­ко­го льна, в боль­шом зо­ло­том вен­це, в пла­ще из бе­ло­го вис­со­на и баг­ря­ной шер­сти. Го­род Сузы ли­ко­вал и ра­до­вал­ся.
16 А у Иуде­ев было то­гда осве­ще­ние и ра­дость, и ве­се­лье, и тор­же­ство.
16 У иуде­ев были свет и ра­дость, ве­се­лие и тор­же­ство.
17 И во вся­кой об­ла­сти и во вся­ком го­ро­де, во вся­ком ме­сте, куда толь­ко до­хо­ди­ло по­ве­ле­ние царя и указ его, была ра­дость у Иуде­ев и ве­се­лье, пир­ше­ство и празд­нич­ный день. И мно­гие из на­ро­дов стра­ны сде­ла­лись Иуде­я­ми, по­то­му что на­пал на них страх пред Иуде­я­ми.
17 И в ка­кую бы об­ласть, в ка­кой бы го­род ни при­хо­дил этот указ с по­ве­ле­ни­ем царя, вез­де на­чи­на­лись у иуде­ев ра­дость и ве­се­лие, пир и празд­ник. И мно­гие люди из на­ро­дов этой стра­ны пе­ре­шли в иудей­ство, по­то­му что их объ­ял страх пе­ред иуде­я­ми.